Бенедикт отпустил меня.

– Я узнаю, – спокойно произнес он, но я видела, каких усилий ему стоило сохранять самообладание. Я почти поверила, что королю небезразлична смерть служанки.

– Пойдем, – осторожно потребовал он, протягивая мне руку. – Тебе лучше сесть.

Я приняла его помощь: я тряслась и не могла остановить дрожь. К тому же я, похоже, забыла, как ходить, и теперь с трудом переставляла ноги. Безжизненное лицо Бонни стояло у меня перед глазами, когда Бенедикт увел меня в гостиную и переставил кресло так, чтобы я не видела трупа. Я тяжело осела, и король набросил мне на плечи одеяло, а затем направился в ванную. Он тщательно осмотрел спальню – сначала это показалось мне странным, но потом меня бросило в пот.

Бенедикт проверял, не спрятался ли здесь кто-нибудь. Убийца Бонни, который пришел сюда днем и, возможно, до сих пор находился тут. Не исключено, что это я должна была стать его жертвой…

Я не ела с полудня, но меня затошнило. Поднявшись на ноги, я сбросила одеяло. В спешке наткнулась на короля, оттолкнула его в сторону и едва успела добежать до ванной, как меня вывернуло.

Я едва расслышала негромкие шаги и разобрала негромкое ругательство, а затем Бенедикт собрал мои волосы и приподнял их над затылком. Он опустился на колени рядом со мной, и я совсем растерялась.

Хотелось заорать и в то же время прижаться к нему. Хотелось, чтобы он исчез, но еще больше – чтобы остался, ведь мне казалось, что без него я рассыплюсь на части. Усталость, боль, одиночество – куда больше? А теперь еще и смерть Бонни. Возможно, она была единственной, кто мог меня понять, кто был на моей стороне, хоть и не знал об этом.

Я сказала Бонни, что однажды она все поймет.

Похоже, я солгала.

– Ты в безопасности, Флоренс, – прошептал Бенедикт. – Не нужно бояться. Я защищу тебя, клянусь.

Будто меня это волновало. Я только хотела домой.

Опираясь о ванну обеими руками, я опустила голову. Пот тек по лицу, но я дрожала от холода.

– Тебе лучше? – осторожно спросил Бенедикт, поглаживая меня по шее – теплое прикосновение и интимное. У меня по спине побежали мурашки, а сердце забилось быстрее. Но вдруг его присутствие показалось мне невыносимым.

– Да, – выдавила я, отстраняясь. – Мне нужно на минуту остаться одной. Пожалуйста.

Не глядя на Бенедикта, я почувствовала, что он сомневается.

– Буду за дверью, – выдал он наконец и вышел из ванной.

Сделав глубокий вдох, я попыталась привести мысли в порядок – но напрасно. Мне не удавалось поверить в реальность происходящего. Будто я застряла в страшном сне и не могла выбраться из него. Моя жизнь обернулась ночным кошмаром.

Когда, казалось, прошла вечность, я поднялась с пола. Колени заныли, меня все еще трясло и подташнивало, но я прополоскала рот, почистила зубы и умылась, чтобы смыть пот.

Когда я открыла дверь, то обнаружила, что в спальне полно вампиров. Король вызвал охрану: двое уложили тело Бонни на носилки и накрыли простыней.

– Я хочу знать, кто это сделал, – разносился по комнате разгневанный голос короля. – Любой ценой.

В нескольких шагах от него стояла Эрис Хилл. Десница хмурилась и, похоже, злилась из-за случившегося не меньше короля.

– Сделаю все, что в моих силах.

– Мне не нужны твои силы, Эрис, мне нужен виновник!

– Я тоже хочу их поймать, Бенедикт, – парировала Десница. – Но вряд ли мы их найдем. Если это те же, что и в прошлый раз…

Сжав челюсти, Бенедикт долго смотрел на тело Бонни. Наконец он встряхнул головой.

– Этого больше не повторится. Никогда. Заприте замок. Никто не войдет и не выйдет. Пусть слуг охраняют, и чтобы никто не работал в одиночку! Заведите отчетные журналы с точным указанием времени, мест и людей. Флоренс переведем в мое крыло. Я хочу, чтобы в коридоре всегда дежурили минимум четверо. Она не должна оставаться с одним стражником. Все ясно?

– Кристально ясно, – ответила Эрис. – Сейчас все организуем.

– Отлично.

Только теперь король заметил, что я вышла из ванной, и направился ко мне уверенным шагом.

– Тебе лучше? – спросил он. В его голосе слышался тот же авторитарный тон. Обычно я реагирую на него ехидными замечаниями, но на этот раз он меня успокоил. Кто-то взял ситуацию под контроль.

– Да, – только и смогла произнести я.

Его лицо смягчилось. Или мне показалось?

– Тебе придется переехать. Хочешь сама сложить вещи или позвать кого-нибудь? Возьми только самое необходимое на сегодня, об остальном позаботимся завтра.

– Я сама справлюсь, – с трудом ответила я. У меня и в мыслях не было ставить под сомнение план короля. Он совпадал с моими желаниями: спокойно спать в этой комнате я бы не смогла.

Я заметила, что стражники приподняли носилки с телом Бонни и уже собирались унести ее.

– Нет! – с криком бросилась я за ними, но они не обращали внимания на мои крики.

– Подождите! – приказал Бенедикт, следуя за мной. Стражники остановились и опустили носилки. – Дадим тебе время попрощаться, – сказал король, и я кивнула в знак благодарности. Бросив на меня взгляд, Бенедикт вышел из комнаты. Другие вампиры двинулись за ним, а замыкала шествие Эрис Хилл. Десница посмотрела на меня, полушепотом выразила соболезнования и захлопнула за собой дверь.

Спальню заполнила тишина. Стараясь дышать глубже, я рассматривала очертания тела Бонни под простыней.

Она в самом деле мертва.

И убили ее в моей спальне. Возможно, вместо меня.

Была ли в этом моя вина? Погибла ли она из-за меня?

Слезы потекли по щекам. Поспешно смахнув их, я опустилась на колени. Вина не на мне, а на этих чудовищах. Вампиры заботились обо мне, обеспечивали безопасность, выражали соболезнования – и тем не менее любой из них мог оказаться убийцей.

Любой, кроме Бенедикта – он находился со мной все время.

Не думала, что однажды он станет единственным обитателем замка, которому я смогу доверять. Пусть и всего в одном.

Но я не позволю этому ввести меня в заблуждение. Король занимал сторону своего народа, не мою. Несмотря на изнеможение, во мне зарождалась решимость. Сначала она едва тлела в глубине души, но в считаные секунды превратилась в пожар.

Я должна взять себя в руки, оставаться сильной. Нельзя демонстрировать врагам слабость. Неважно, насколько милыми бывают Лира с Брианой. Плевать, каким нежным кажется иногда Бенедикт и как привлекательно он выглядит. Я хочу противостоять этим чудовищам, а значит, должна быть в сотни раз беспощаднее. Перестать быть хрупким цветком.

Дрожащими руками я приподняла покрывало с лица Бонни. Ее глаза теперь были закрыты – по крайней мере, ей оказали уважение.

Проглотив слезы, я крепко сжала кулаки. Бонни заслуживала большего. Мы все заслуживаем большего.

– Я никогда тебя не забуду, – прошептала я, и мой голос звучал неожиданно твердо. Миссия вдруг обрела еще более важное значение. Я освобожу человечество от монстров. Отомщу за то, что отняли у моей семьи. И отомщу за Бонни.

Любой ценой.

Глава 8 Уничтожь. Уничтожь. Уничтожь!

Глава 8

Уничтожь. Уничтожь. Уничтожь!

Я наблюдала, как уносят тело Бонни. Голова гудела от мыслей, ни одна из которых не могла быть сформулирована. Белый шум, застилая сознание, приносил боль.

Лихорадочно побросав в сумку вещи, я в сопровождении охраны прошла в новую спальню. Комната находилась напротив апартаментов короля и затмевала прежнюю: темное дерево, кроваво-красный бархат и золото заполняли все вокруг. Но это меня мало впечатлило. Может, мне и понравилось бы здесь, но камень лежал у меня на душе, не давая вздохнуть. Я не ощутила простора комнаты, только тесноту, будто меня погребли заживо. Обстановка показалась мне гнетущей и безрадостной.

Позже принесли ужин, но я даже не притронулась к нему. Меня по-прежнему мутило. Постучались Лира с Брианой, чтобы узнать, как я себя чувствую, но я не открыла.

Разве могу я с ними говорить? Поймут ли они мои чувства? Или посмеются над тем, что я плачу из-за служанки? Я допустила ошибку, доверившись вампиршам. Они обманули меня, внушили ложное чувство безопасности. Эти девушки вполне могли быть чудовищами, что убили Бонни. Сколько раз придется ошибаться, чтобы мысль об их истинной сущности укоренилась в сознании? Сколько страданий я должна увидеть, сколько крови прольется, чтобы я наконец перестала обманывать себя?

Родители сгорели бы со стыда, узнав, чем я мучаюсь. Мне и самой было совестно.

Я долго просидела в горячей ванне, тупо уставившись в окно. Ночь была беспросветная, небо затянуло тучами. Лавандовый аромат соли не принес успокоения, мысли вертелись в голове. Как никогда я скучала по дому: там безопасно, там обнимут и поддержат, найдут слова утешения.

Разрешат ли родителям и Валю навестить меня на выходных, несмотря на произошедшее? Я вспомнила приказ Бенедикта: «Заприте замок». Разумеется, он не запретит мне увидеться с родными? Этого не может быть. Это сломает меня.

Спрошу у него завтра. Буду надеяться, к тому времени я приду в себя.

С трудом выбравшись из ванны, я завершила приготовления ко сну и нашла в сумке таблетки. Обычно Бонни оставляла их на столике, чтобы я не забыла принять лекарства. Ну вот, вновь меня настигли мысли о ней.

Отогнав воспоминания, я сосредоточилась на лекарстве. Прежде чем пойти сюда, я успела выпить противозачаточную таблетку. Контрацептивы были зашиты в тяжелое платье, и я не могла взять его с собой, собирая вещи лишь на одну ночь. Завтра нужно позаботиться, чтобы его принесли сюда.