На его губах мелькнула улыбка, а на щеке появилась ямочка.

– Ты что-то хотела? – невозмутимо осведомился Бенедикт.

Мое сердце едва не выпрыгивало из груди. Почему он ничего не сказал? Вспоминая вчерашнюю ссору, я скорее ожидала выговор. Его не очень беспокоило, что я порой нарушаю этикет, но обращение по имени…

Это слишком.

– Могу я… поиграть на арфе? – удалось произнести мне. – Постараюсь потише. Если вы не возражаете, разумеется.

– Конечно, играй. Меня это не потревожит.

Он вновь обратился к бумагам, словно для него это было в порядке вещей. Реши я поиграть на арфе, когда Валю требовалась тишина, он вышвырнул бы меня из комнаты.

Встав с кресла, я села за арфу. Бенедикт не удостоил меня и взглядом. Должен же он знать, насколько она громкая? Или арфа простояла здесь много лет и никто на ней не играл? В таком случае Бенедикт остановит меня после первых же нот, как бы тихо я ни играла.

Я крепко сжала кулаки, потом размяла пальцы, стараясь прочувствовать каждое движение. За время пребывания в замке я наверняка растеряла навык, зато сошли мозоли, полученные из-за работы в мастерской и регулярной игры на арфе. Хорошо, что все равно не получится играть во всю силу.

Я осторожно наклонила арфу к себе и наиграла старую колыбельную. В раннем детстве мама всегда играла ее, а потом, когда мне было восемь, я и сама научилась. И до сих пор, играя эту мелодию, я ощущаю мамин запах, слышу ее голос, тихо подпевающий мне.

Я заметила, что Бенедикт оторвался от бумаг и наблюдает за мной. Похоже, шум его все-таки потревожил. Но было бы неловко останавливаться теперь, поэтому я продолжила, чуть ускорив темп, наслаждаясь ощущением натянутых струн под кончиками пальцев и вибрацией в груди. Понадобится, наверное, несколько дней практики – и буду играть так же хорошо, как до отъезда из дома. А может, Бенедикт разрешит перенести арфу в мою спальню?

– Ты умеешь играть?

Вопрос сбил меня, и я дернула не ту струну. Фальшь была едва слышна, но я, тем не менее, расстроилась.

С неохотой опустив руки, я обернулась к королю. Судя по всему, мне снова удалось поразить его. А чего он ждал? Что я буду неловко дергать струны, мешая ему сосредоточиться на работе?

– Да, – тихо ответила я.

– Откуда?

Открыв рот, чтобы ответить, я помедлила. Стоит рассказывать ему о нашей арфе? Вдруг он посчитает, что ее надо забрать после того скандала?

– Это секрет? – допытывался Бенедикт. Заинтересовавшись, он заметно оживился.

– Не знаю.

Он удивленно выгнул брови.

– Мама научила меня.

Такого ответа ему явно было недостаточно, хотя и допытываться дальше он не стал.

– Что ж, – сказал он, возвращаясь к бумагам. – Не волнуйся насчет шума. Я привык.

Кто-то играет для него? У меня разыгралось воображение, или Бенедикт действительно смягчился? Морщины разгладились, голос стал мягче. Словно музыка его успокоила.

Передо мной предстал другой человек. С первыми же звуками арфы образ грозного короля распался. Я продолжила осторожно играть, оплетая нас мелодией. Я старалась, чтобы звук был как можно тише, поэтому слышала шелест бумаги, когда Бенедикт переворачивал страницу, и скрежет стула по полу, когда он двигался.

Так мне казалось, словно я нахожусь наедине не с арфой, а с ним.

Глава 10 Тянусь к тебе

Глава 10

Тянусь к тебе

Играла я довольно долго, но Бенедикт ни разу не пожаловался на шум, очевидно, не возражая против музыкального фона, который я создала для нас.

Я все же старалась не слишком шуметь и сосредоточилась на том, чтобы правильно держать руки. И уже скоро движения вновь стали казаться естественными. Лишь почувствовав боль в пальцах, я отпустила инструмент.

Обедали мы с Бенедиктом тоже вместе, после чего он отправил меня обратно в комнату. Во второй половине дня у него были назначены встречи с советниками: стоило ли говорить, что меня не оставили бы в его кабинете одну.

Слуги успели перенести мои вещи в новую спальню, и некоторое время я потратила на то, чтобы все разложить по местам. Но ничто не спасало от воспоминаний о вчерашнем дне. Примерно через полчаса в дверь постучали, и я ощутила такое облегчение, что была готова броситься гостю на шею, кем бы он ни оказался.

– Входите! – крикнула я и обернулась к двери. Мгновение я ожидала появления Бонни – настолько я привыкла к ней за прошедший месяц. Но вместо нее в дверях замерла Лира. За ее спиной возвышались двое стражников – очевидно, ее телохранители.

– Можно? – тихо спросила она.

Я кивнула, бросив на кровать свитер. Вчера я не пустила ее. Глупая ошибка. Не следует пренебрегать ею, если я хочу втереться в доверие к королю.

Переступив порог, Лира закрыла дверь, но стояла в нерешительности, не зная, как себя вести. Я натянула на лицо улыбку.

– Привет.

– Ох, Флоренс… – встряхнув головой, Лира бросилась ко мне и кинулась на шею. Застигнутая врасплох, я едва не отшатнулась, но быстро опомнилась и похлопала ее по спине. По рукам пробежали мурашки – приятное чувство, хотя я и противилась тому, чтобы так близко подпускать вампиршу. В ее объятиях я почувствовала, как успокаиваюсь – пожалуй, это было самое теплое прикосновение с тех пор, как я попала в замок.

– Прими мои соболезнования, – прошептала принцесса, отчего я вздрогнула. Отстранившись от нее, я глубоко вздохнула. Эмоции зашкаливали, но мне удалось не поддаться им и сохранять маску спокойствия.

– Благодарю.

– Как ты?

В глазах Лиры я читала беспокойство. Оно казалось искренним, будто ей на самом деле было не все равно.

– Я в порядке, – заверила ее и присела на край кровати.

Нахмурившись, Лира присмотрелась ко мне.

– Ой! – воскликнула она, подпрыгнув. – Ты пила кровь Бена?

Жаль, что это так очевидно, но стоило признать: до прошлой ночи я напоминала ходячий труп. Странно: теперь я чувствовала себя хорошо физически, но на душе скребли кошки. Но стоило радоваться и этому.

– Да, – призналась я. – Это было единственным разумным решением, учитывая обстоятельства.

Лира присела рядом. Сегодня на ней была юбка с цветочным узором и ее любимый зеленый свитер. Яркая, не вписывающаяся в мой унылый мир.

– Что ты хочешь сказать? – спросила она.

– Из-за Бонни…

Лира вздрогнула.

– Думаешь, тебе тоже грозит опасность?

Я растерялась. Неужели Лира не знает о таблетках? Быть не может! Она принцесса – ей должны были сообщить! Стоит ли мне рассказать об этом?

Определенно нет. Возможно, Бенедикт просто не успел поговорить с ней – он ведь работал все утро. Да и это не мое дело, хотя и касается меня лично. Он король и сам решит, кого ставить в известность.

– Бонни убили в моей комнате, – уклончиво объяснила я. – Не думаю, что это случайность.

Лира покачала головой.

– Не представляю, кто мог сотворить такое. Все знают, как суровы наказания, если пить кровь из вены. Но убийство!

Я едва не сорвалась. Наказания!..

То, что случилось с Валерианом, мало озаботило блюстителей порядка: на моего брата напали, и он едва не истек кровью на обочине дороги. И преступника так и не поймали! Но чему удивляться? Скорее всего, его и не искали. Зачем? Для вампиров Валь – расходный материал, человек, один из множества, не более чем хороший ужин. Единственной причиной, почему Бенедикт бросил все силы на поиски убийцы в замке, было то, что оказались затронуты его интересы как собственника.

Лира по-своему истолковала выражение вселенского отчаяния на моем лице и похлопала меня по плечу.

– Ничего с тобой не случится, Флоренс, обещаю. Бен уже принял все необходимые меры, замок защищен как никогда. Брат даже немного перестарался, как мне кажется. – Она закатила глаза. – Меня не пускают в парк, не говоря уже о том, чтобы покинуть замок. А два остолопа повсюду следуют за мной. Понятно, почему Бен охраняет тебя и слуг, но почему меня? Вряд ли кому-то захочется испить моей крови. Тогда зачем все это?

– Бенедикт дорожит тобой, – возразила я. – А еще мне кажется, он любит все контролировать – ты так не думаешь?

Лира упала на матрас и театрально простонала.

– Бра-а-атья… Как они порой действуют на нервы!

Еще месяц назад я бы полностью согласилась с ней. Но сейчас, когда Валь так далеко… Я не хотела смеяться над его педантичностью. Я скучала по нему даже больше, чем по родителям. Как старший брат, он всегда заботился обо мне, многому научил. Как бы хотела, чтобы он оказался здесь, защитил меня! Если бы могла, не раздумывая заменила любого стражника на брата – и плевать, что он всего лишь человек. С Валем я чувствовала бы себя безопаснее, чем с ними.

– Бенедикт действительно позаботился об охране слуг? – осторожно спросила я, переводя тему.

– Угу, – угрюмо промычала Лира.

– Всех?

– Конечно. Глупо охранять только половину! К каждому приставили сопровождение.

– Каких же усилий это стоит!

– Похоже на то. Но другого выхода нет. Бен не станет рисковать, пока не найдут виновника. – Она вскочила на ноги. – Я хотела спросить о другом. Как насчет киновечера со мной и Брианой? Я велела слугам установить экран и проектор в моих покоях, но боюсь, скоро Бенедикт обо всем узнает.

– И что? Он имеет что-то против просмотра фильмов?

– Именно! Он еще тот зануда. Говорит, у меня от кино глаза портятся. Можно подумать, ему лет сто.

Я невольно усмехнулась.

– Очень похоже на него. Сегодня он жаловался на электронную почту.

– Уф! Знаешь, Бен однажды установил в кабинет телефон. Но через два дня отключил, чтобы ему перестали названивать.