– О, Десять, – простонал Питер, закрыв лицо ладонями, – только не говорите, что мы обсуждаем это всерьез!

– Этот план имел бы место быть, если, предположим, – деликатно заметил Алик, посмотрев на меня, – просто предположим, что ты действительно можешь контролировать свою силу…

– Может контролировать свою силу? – переспросил Андрей, выгнув бровь.

– Без комментариев, – вздохнул Кристиан.

– Я сказал «просто предположим», – огрызнулся Алик и вновь обратился ко мне. – Но какой в этом смысл, если по факту ты будешь выполнять роль хертона, пусть и чуть более надежного, если мы уже и так допросили на нем всех повстанцев?

Я удивленно посмотрела на Хейзера:

– Вы допрашивали всех на хертоне? Даже членов лиделиума?

– Разумеется, – подтвердил Андрей. – После геологов мы допросили всех, кто был на собрании перед нашим с тобой отлетом на Мельнис и знал о том, что мы собираемся найти пятый штаб.

– Подожди, – нахмурилась я. – А что, если настоящей крысы не было на том собрании?

– В этом нет логики, Мария. – Питер говорил так, будто в десятый раз был вынужден разжевывать очевидные вещи маленькому ребенку. – Базу на Мельнисе и ваш с Эндрю корабль явно подорвал один и тот же человек, а о том, что вы с ним собираетесь на Мельнис, знали только те, кто был на том совете.

Я замерла, слушая, как сердце глухо отбивает ритм:

– И Марк.

– Что? – недоумевая, переспросил Алик.

Я повернулась к Андрею:

– Вы же допросили Крамеров, верно?

Питер вздернул голову.

– Крамеров не было на том собрании, – побледнев, медленно произнес Андрей. – Марк ничего не знал о нашем с тобой отлете на Мельнис.

– Он знал… – выдавила я. – Я говорила ему… Точнее, он был со мной перед тем, как я ворвалась в зал совета. – От волнения моментально пересохло в горле. – Это Дора послала меня к тебе и Нейку. До этого я говорила с ней, рассказывала о пятом штабе и… показывала его местонахождение на карте.

Глаза Питера безумно округлились, Алик, казалось, едва держался на ногах. Андрей и вовсе выглядел так, будто кожу его лица слишком сильно натянули на кости.

– Кто еще был с тобой тогда? – Его голос был ровным и пустым.