– О ком ты говоришь?

– Граф Вениамин Нозерфилд, – устало подал голос Андрей. Когда я оглянулась в его сторону, он даже не повернулся, продолжая смотреть в окно. – Он говорит о Вениамине Нозерфилде.

– Кузене Анны?!

– И по совместительству ее любовнике, – поспешил уточнить Кристиан. – Не стоит упускать таких важных деталей.

Я ошеломленно уставилась на юношу:

– Разве не за связь с ним Константин Диспенсер казнил герцогиню и всю ее семью?

– Не только, – сказал Кристиан, бросив косой взгляд на Андрея, даже не смотревшего в нашу сторону. – За плечами Анны были десятки измен, но в чем-то ты, безусловно, права. Вряд ли что-то могло быть эффектнее, чем связь с любимым братом.

– И Вениамин до сих пор жив? То есть Константин зверски убил Анну, но не тронул его?

– О, я уверен, Константин пытался расправиться и с Нозерфилдом, но тот вовремя унес ноги.

– Как это возможно?

Отстранившись, Кристиан пожал плечами.

– Он ушел в подполье, – тихо пояснил Андрей спустя несколько мгновений, – исчез сразу, как только в лиделиуме поползли первые слухи об их связи с Анной. Вениамин Нозерфилд всегда был трусом.

– Трусом, но не глупцом, – заметил Кристиан. – Вовремя скрывшись, он спас свою семью. Потрясающий парадокс – Нозерфилды одни из немногих кланов лиделиума, кого почти не затронула Вселенская война. Константин не успел добраться до них. Когда он погиб, ему было чуть больше тридцати. Вениамин Нозерфилд же жив до сих пор.

Я перевела взгляд с Кристиана на Андрея:

– Вы его видели? Вениамина?

Андрей слегка качнул головой, подняв на меня красные глаза.

– Его никто не видел уже на протяжении многих десятилетий. Он не появляется в лиделиуме. Любовная связь с Анной – клеймо, которое ему уже не смыть.

– После скандала с Понтешен Нозерфилды надолго стали изгоями в свете, – продолжил Кристиан. – Ни Вениамин, ни его дети, ни даже внуки не спешат вернуться к светской жизни.

– Диспенсеры тоже долго были изгоями, – напомнила я, выжидающе посмотрев на Кристиана. Его взгляд помрачнел в ту же секунду. – Я думала, прошло достаточно времени для того, чтобы забыть старые ошибки.

– Видимо, Вениамин так не считает, – отрезал он, полоснув меня острым взглядом.