Мне не нравился его скучающе-нравоучительный тон, словно он собирался преподать урок. Однако в чем-то Питер определенно оставался прав. Сейчас у нас имелись куда более важные вопросы для обсуждения.

– Они согласились на аудиенцию, – сообщил он, не дожидаясь моего ответа, – и дали разрешение на посадку.

– Когда?

– Когда ты крутилась перед зеркалом. Я отправил им запрос еще до того, как мы сели на Родосе.

– Ты сообщил об истинной цели визита? Они в курсе, что я на борту?

Питер расплылся в своей фирменной лукавой полуулыбке.

– И да, и нет.

– И что это значит?

– Это значит, что я бы подверг нас огромному риску, раскрыв все намерения и прямо назвав твое имя. Однако если тот, кто давал разрешение на визит, не безмозглый кретин, он наверняка правильно понял мое послание.

– Или расшифровал его по-своему, – усомнилась я. – Но это все равно хороший знак. По крайней мере, этот кто-то готов нас выслушать.

Питер вздохнул так громко, как если бы на него свалилась непомерная тоска всей Кристанской империи.

– Или все это ловушка, – заключил он. – Урок первый, Мария: Нозерфилды славятся своей коварностью. Напомню, что они остались одной из немногочисленных семей лиделиума, кого практически не затронула Вселенская война. И это несмотря на то, что Вениамин Нозерфилд был любовником Анны Понтешен. Константин обратил в пепел половину юрисдикций, но до его владений так и не добрался. Не нужно считать это случайной удачей.

– Кристиан уже как-то упоминал об этом, – припомнила я. – Кажется, со времен Вселенской войны о судьбе Вениамина ничего не известно. Говорят, он еще может быть жив.

– Когда речь о Нозерфилдах, можно ожидать чего угодно. Хитрые, тихие, двуличные и жестокие – в точности как змея, что у них на гербе. Не случайно когда-то Родерик Нозерфилд выбрал ее в качестве символа своей семьи. Знаешь, как он заполучил земли Дарса, в том числе Родос? Родерик был правой рукой Максимилиана Эрдо – когда-то известного астрофизика, открывшего Дарскую систему и положившего начало исследованиям земель четвертого кольца. Изначально они должны были достаться ему, как и место в лиделиуме. Однако тот умер в первый же месяц после того, как обосновался на Родосе.

– Почему?

– От укуса дикой змеи, – тошнотворно улыбнулся Питер. – Хотя не то чтобы змеи на Родосе были частым явлением. А вот Родерик их обожал. Он разводил их как домашних питомцев. А так как у Максимилиана не осталось ни родственников, ни наследников – земли и титул виконта достались ему как его ближайшему соратнику. Но, уверен, любой Нозерфилд постарается убедить тебя в том, что все это глупые вымыслы, придуманные врагами, чтобы пошатнуть авторитет их семьи. К слову, от врагов Нозерфилды обычно избавлялись точно так же – тихо и за глаза. Говорят, в борьбе с ними тот же Родерик нередко прибегал к ядам. Угадай кого!