Зал Конгресса вмиг заполнился гулом возмущенных голосов, словно по стенам и теряющемуся в высоте потолку прокатились отголоски грома. Я оглянулась на голос Алика и с трудом сдержала слезы, когда наши взгляды пересеклись. Когда он заговорил, его ложа ярче подсветилась снизу. Мне хотелось разрыдаться от облегчения и благодарности, когда Алик перевел тревожный взгляд на меня и попытался улыбнуться. Его улыбка казалась вымученной, губы слегка дрожали, но этого оказалось достаточно, чтобы придать мне уверенности. Я осмелилась наконец поднять взгляд и осмотреться по сторонам.

– Эта девчонка, кем бы она ни называлась, – убийца! – продолжал яростно стоять на своем Валериан. – За ее плечами миллионы жертв!

По одобрительным возгласам вокруг я поняла, что его много кто поддерживал.

– Эта девчонка спасла жизнь вам и вашему сыну. – При звуке спокойного, могильно-холодного голоса позади сердце пропустило удар. – Лаим Хейзер пошел у вас на поводу, мистер Антеро, согласившись применить к мисс Эйлер одну из самых жестоких пыток. И хоть формально все было в рамках закона, и вам, и всем здесь присутствующим прекрасно известно, чем бы все кончилось, если бы не ее вмешательство.

Даже если бы все члены Конгресса заговорили разом, слова Андрея я бы разобрала с первого слога. Сердце колотилось где-то в горле. Теперь я точно знала, где была его ложа и обернувшись в какую сторону, смогу вновь увидеть его. Вживую. По-настоящему. А не так, как все эти месяцы, – забираясь к нему в голову против его воли.

– Приказ исходил из Диких лесов! – Валериан Антеро был на грани срыва. Трибуны с членами Конгресса гудели, согласно вторя его словам.

– Мы хорошо осведомлены о недавней сорвавшейся атаке на Пальскую и Шариатскую системы, также системы Дарген и Ральс, – устало заметил судья, обратившись к Андрею. – Вы утверждаете, что не отдавали приказа о нападении?

– Не отдавал, – ответил Андрей. – И отозвал его сразу же, как мне стало о нем известно. Мисс Эйлер спасла тысячи, вероятно миллионы людей, предотвратив эту катастрофу.

– Только перед этим она отняла еще пару миллионов жизней на Мельнисе, – послышался чей-то возмущенный возглас с рядов, – ее место на Бастефорской площади!

– Кажется, именно за это несколько недель назад там уже казнили другую семью, – донесся откуда-то из глубины ледяной голос Кристиана Диспенсера. – Вы, мистер Ланис, были в числе тех, кто голосовал за смерть Крамеров по этой же причине.

– Я не имею отношения к убийству граждан Мельниса, – сглотнув, сказала я, посмотрев на судью. – И готова оспорить предъявленные обвинения.