Кас тоже обратил на это внимание. Пока они ехали по улицам – Лина на его кобыле, Кас на большом иноходце с лоснящимися черными боками, – он увидел то, что не заметил прежде. Куда делись кровавые лужи рядом с заведением брадобрея? И кружившие над ними рои мух? А лошадиный навоз? Он никогда не видел так мало кучек на земле. Раньше, чтобы не угодить в одну из них, Касу приходилось быть крайне внимательным. Сегодня же он уворачивался от множества духов, бродивших по городу со смущенными, потерянными лицами.

Он ответил:

– Здесь никогда и не было так грязно, как в Эльвире…

– Эй, это звучит как оскорбление!

Кас улыбнулся. Лина немного повеселела, когда они покинули донжон.

– Но я тоже не помню, чтобы здесь было настолько чисто. У нас новый городской инспектор. Я слышал, он очень требовательный. Возможно, это его рук дело.

Плащи закрывали их от ветра, похолодевшего, когда солнце спряталось за тучами. Доехав до площади, заполненной людьми, они замедлили шаг лошадей. Торговцы в крытых палатках продавали все – от свежих овощей и поношенной одежды до прекрасных певчих птиц в клетках. В центре располагался фонтан, и вода в нем поднималась вверх до ртов четырех каменных рысей. На бортиках фонтана сидели горожане. Они ели, смеялись и следили за своими маленькими детьми. Сразу за площадью поднимался акведук с двойным рядом арок из древнего обветрившегося камня.

Лина села прямо в седле.

– А это что? – воскликнула она.

Позади фонтана над открытым огнем были размещены три огромные сковородки. Каждая по меньшей мере десять футов в диаметре, словно кухонная утварь великана из сказки. Трое мужчин размешивали их содержимое деревянными ложками размером с весла. На них были широкие белые рубахи и штаны из грубой ткани, едва закрывавшие колени. Несмотря на прохладную погоду, на ногах у них были сандалии. Длинные черные волосы были собраны под выцветшие косынки.

– Пика, – ответил Кас, улыбнувшись. – Местное блюдо.

– Я вижу рис. – Лина глубоко втянула воздух. – И чувствую запах чеснока. А что там еще?

Кас перечислил по памяти:

– Шафран, прыгающие бобы, лук, перец. Обычно еще кролик, но иногда вместо него добавляют курицу или улиток.

– Ох. – Ее восторг слегка поутих. – Надеюсь, это не улитки. – А потом добавила: – А что такое «прыгающие бобы»?

– Смотри. – Лошади подвезли их ближе к одной из сковородок, на которой белые бобы – тысячи бобов – подпрыгивали в воздух по меньшей мере на фут, прежде чем упасть обратно на сковородку. – Они растут в горах. Больше нигде. Они подпрыгивают от жара. Поэтому они так и называются.

Лина восхищенно улыбнулась.

– Надо было захватить с собой пергамент. Я обязана все это записать.

Один из мужчин, перемешивавших пику, бросил взгляд в их сторону. Он был самым молодым из них, одного возраста с Касом, лицо его было изрыто мелкими шрамами. Узнав Каса, он широко заулыбался. И исступленно замахал свободной рукой, закричав:

– Кассиапеус!

Кас его тоже узнал. Услышав его смех, Лина повернулась и уставилась на него, словно на голове у него выросли рога. Он вскинул руку в знак приветствия.

– Кассиапеус! – закричал он в ответ.

Все головы повернулись к ним.

Вопрос Лины не заставил себя ждать:

– Его тоже зовут Кассиапеус?

– Он родился на неделю позже меня, – объяснил Кас. – Его мать решила, что ему будет сопутствовать удача, если она назовет его в честь новорожденного сына лорда. Так что мы оба были наказаны.

Лина рассмеялась.

– Хочешь есть? – спросил он.

– Да. Хочу попробовать эти бобы. А ты?

Полный печали, Кас направил иноходца к их ланчу.

– Всегда.

* * *

Они съели свою пику на лошадях, покинув рыночную площадь и неторопливо направившись к озеру.

Лине повезло. Сегодняшняя пика была с кроликом, без улиток. Им подали ее в мисках, сделанных из плотно переплетенных листьев. Ложки тоже были из листьев, искусно скрученных так, что по форме они напоминали совочки. И то и другое после использования полагалось выбросить. Но то, как Лина восторгалась своими, навело Каса на подозрения, что они отправятся вместе с ней в Эльвиру в качестве сувениров.

Повар Кассиапеус отказался брать его деньги.

– В следующий раз, – сказал он Касу. Его платок и волосы развевались на ветру. – Сегодня это в качестве приветствия. – Он согнулся перед Линой в экстравагантном поклоне, заставив ее улыбнуться. – Добро пожаловать домой! – Он положил обе ладони Касу на плечи – Касу удалось подавить в себе желание отшатнуться, – после чего поспешил к очереди, успевшей скопиться за время его отсутствия.

– Тебя здесь все очень любят. – Лина скопировала его манеру есть, сидя на лошади. Поводья и миска в одной руке, ложка в другой. Полезный навык, которому он научился, путешествуя на большие расстояния. – Сюда не просто вернулся Кассиапеус. Лорд Вентиллас всегда был добр ко мне, но каждый раз, когда я его видела, он был таким серьезным, таким грустным. А вчера ночью, когда вы разгромили ту жалкую статую, – она оглянулась, поймав его улыбку, – вместо него будто был кто-то другой. Он был счастлив.

– Хорошо быть дома, – все, что он смог ответить. Некоторое время они ехали молча, пока он не указал на ее миску своей ложкой. – Тебе нравится?

Она показала ему пустую тарелку.

– Очень. Спасибо тебе.

– Еда мне ничего не стоила.

– Это не то, что я имела в виду. Сегодняшний день был для меня таким тоскливым до этого момента. Спасибо, что привел меня сюда. Ваш город прекрасен.

Он повернул к ней голову и улыбнулся.

– Всегда пожалуйста.

Лина запрокинула голову назад, когда они проезжали под акведуком.

– Интересно, насколько он длинный.

– Девяносто два фута. – Кас вытянул руку, чтобы коснуться пальцами каменного основания.

– Как точно. – Лина снова выгнула шею. – Это первый действующий акведук из тех, что я видела. Тот, что рядом с Эльвирой, разрушен.

– Есть еще один на юге. Еще старше, чем этот. Ими запрещено пользоваться в большинстве городов.

– Но не здесь?

– У нас, на самом деле, нет выбора. Это кровь нашего города, поддерживающая в нем жизнь, ведь мы живем в горах.

Лина задумчиво смотрела вперед.

– Лорд Вентиллас солдат и при этом инженер. Ты тоже?

Не совсем. Прежде он и вправду этим занимался. Помогал обслуживать городские стены, мосты, акведук, дороги. Проводил разведку на близлежащих территориях, выискивая угрозы. Проверял, полны ли хранилища еды и воды на случай осады. Именно этому его обучали с самых юных лет: присматривать за Пальмерином в отсутствие его брата, ведь он был вторым сыном.

Кас ответил:

– Я еще не инженер. Потому что не закончил обучение. – Когда он уехал из дома, ему оставалось доучиться еще несколько лет под контролем Вентилласа или капитана Лоренца.

Лина нахмурилась.

– Это же нечестно. Ты строил мост, пока был узником. Это ведь наверняка тоже должно считаться.

Впервые за все время, мысленно вернувшись к своему заключению, он нашел чему улыбнуться.

– Точно сказано. Я спрошу.

Лина посмотрела мимо него.

– Озеро. Это здесь?..

– Да.

Они пересекли еще одну площадь, миновав церковь, где проходила церемония наречения именем принца, и направились к мосту. На полпути к нему они спешились. Кас сунул пустые миски и ложки в седельную сумку. Две пожилые дамы на лошадях, проезжавшие мимо, с любопытством рассматривали их.

– Из которого? – Придержав поводья кобылы, Лина оглядела дома и лавки напротив озера, выискивая окно лучника.

Кас указал.

– Вон то.

Она всмотрелась в чердачное окно дома, принадлежавшего мастеру Димасу, а потом повернулась обратно к мосту.

– И ему хватило одной стрелы? Это же потрясающе. Не для няни, конечно. Или моего любимого племянника.

– А ты умеешь стрелять из лука?

– Плохо, – ее поспешный ответ заставил его улыбнуться. – А ты?

– Не так хорошо, как он. – Еще один взгляд от окна к мосту. – Вентиллас смог бы так же. Он лучше владеет луком и стрелами.

– Джехан тоже смогла бы. – В ответ на скептичный взгляд Каса она добавила: – Это правда. Райан как-то писал об этом в письме. Он видел, как она тренируется на вашем манеже. Ее обучал королевский лучник в Брисе. Как и леди Мари.

Кас не сразу вспомнил подругу королевы, что приплыла вместе с ней в Оливерас.

– Леди Мари, которая умерла?

Лина кивнула и рассеянно произнесла:

– Она заразилась чумой рядом с Грегорией. Им пришлось оставить ее в госпитале. Кас, почему мы здесь?

– Из-за кур. – Она бросила на него непонимающий взгляд. Кас махнул рукой. «Неважно». – Я думал о том, что Вентиллас сказал мне прошлой ночью. Что мастер Димас, владелец этого дома, дал своим слугам выходной в честь церемонии имянаречения.

Она сдвинула брови.

– И?

– Ты же знакома с нашим конюшим, Джоном?

Ее лицо прояснилось.

– Конечно. Он хороший человек.

– Джон когда-то работал на мастера Димаса. Конюхом. Он оставил службу, потому что тем, кто работает на Димаса, не дают выходных – никогда.

– Что? Даже на полдня?

– Нет.

– Даже для похорон?

Кас покачал головой.

– Никогда.

– Да это же варварство, – поразилась Лина.

Кас был с ней согласен.

– Поэтому Димасу никогда не удавалось удержать работников. Он нанимает только очень молодых, какими были в свое время Джон и его брат. Или отчаявшихся. И они уходят, как только появляется возможность. И тем не менее в день церемонии имянаречения, день, когда в его дом проник незваный гость, у всех его слуг был выходной.