Суровый, огромный, непроходимый лес тонул в объятиях мрака и холода. Пропитанный магией, таинственностью, он тянулся вдоль глубокого обрыва. Стволы некоторых деревьев гигантского размера не были покрыты мхом, а оставались полностью голыми, лишь кривые ветви торчали в разные стороны, укрытые белоснежным пледом снега.
Повсюду гуляла вьюга. Верхушки деревьев – сосен, елок и старых дубов – устремлялись высоко вверх, к тучам, из которых падали и падали хлопья снега, укрывая землю. Под слоем снега скрывались переплетения корней и давно упавшие ветки, поэтому передвигаться было непросто. В этой части леса всегда царила могильная тишина, и встретить тут живое существо, помимо черных воронов, – редкость. Однако в эту зловещую ночь в лесу слышалось, как хрустел снег, тут и там виднелись следы. Освещая небольшое пространство, между деревьев мелькал огонек фонаря, который держала женщина. Она шла, внимательно и осторожно оглядываясь по сторонам, прислушиваясь к каждому шороху и подозрительному движению. Вьюга пыталась ей мешать, направляя снег и ветер в ее сторону. Казалось, огонек, что давал свет и освещал дорогу, мог вот-вот погаснуть. Но женщина все продолжала идти, решительно, смело и твердо. Она понимала: вся ответственность на ней – матери, которая обязана, несмотря ни на что, защитить и спасти будущее своих дочерей. Страшное проклятие не должно завладеть сердцем и душой троих сестер, что еще не повидали жизни, не испытали всех ее радостей и счастья. Они только начинали жить, познавать этот мир, в котором внезапно зародилось столько жестокости и конфликтов с кровопролитными войнами. Но женщина верила и надеялась, что скоро все закончится и наладится. В мире будет тихо, мирно и спокойно. Никто не будет проливать на землю кровь невиновных, а смерть оставит всех в покое, не превращая человечество в кровожадных чудовищ. В людях, наконец, пробудятся оставшиеся частички света и любви, верности, уважения друг к другу. Женщина прекрасно понимала, что, если так продолжится, зависть, ревность, гнев, вечное соперничество и борьба за трон завладеют разумом человека, и ничем хорошим это не закончится.
Зима тысяча семьсот шестьдесят пятого года в королевстве Скарновест оказалась холодной и жестокой. Ночью пятнадцатого декабря все должны были спать и видеть яркие, красочные, добрые сны, но их нарушил оглушительный стук в железные ворота замка, а затем прогремел взрыв. Враги пробрались в небольшой городок, стали сжигать дома, в которых спали жители, грабить, убивать и вскоре окружили дворец. Женщине удалось сбежать вместе с дочерями через потайной ход – темный, сырой, длинный и тесный, – но ее муж, король, защищающий свою семью и народ, остался там, в нескольких сотнях шагов от леса. Подумав о любимом, королева остановилась. Ей хотелось вернуться за ним, сражаться за семью вместе, не дать проклятию победить, но… Но она не могла. Сердце королевы разрывалось и ныло. Перед ней стоял выбор, от которого зависело будущее: спасать маленьких принцесс, которых ждало наследство, сохранить союз с соседними странами и попробовать с их помощью прекратить бессмысленную войну или вернуться к мужу, попытавшись вместе с ним убить врага – свою собственную сестру-предательницу.
– Мамочка, как долго еще идти? – сонно проговорила одна из девочек-близняшек, держа сестру за руку.
– Мне страшно, – дрожала от холода старшая, она шла сзади одна.
Королева обернулась к дочерям и присела на корточки, держа перед собой слабо горевший фонарь. Она серьезным и собранным взглядом обвела каждую из девочек.
– Давайте поиграем в прятки? – вдруг предложила она. Изо рта вырвалось облачко холодного воздуха. – Мы будем прятаться от монстров и чудищ, которые хотят нас найти.
Сестры с радостью согласились, потому что прятки – их любимая игра.
– А как же папа? – вспомнила третья принцесса, чьи ресницы покрылись инеем, а холод нарисовал на щеках красный румянец.
– Сначала мы сыграем без него, но на второй раз он будет искать нас, – заверила женщина, вставая.
Девочки поверили матери. Им ничего не оставалось, как слушаться и выполнять то, что говорила королева. Одна из сестер, закрыв глаза теплыми рукавицами, встала возле ближайшей сосны и принялась считать вслух до десяти. На счете «раз» две близняшки спрятались рядом за пушистой высокой елкой, покрытой белоснежным пледом снега; на «пять» королева поставила фонарь сзади дочери; на «семь» девочки остались в холодном ночном лесу одни. Когда детским нежным голоском прозвучало «десять», огонь в оставленном фонаре погас. Хлопья снега продолжали сыпаться, а холодный ветер качал голые ветки деревьев, на которых сидело три ворона, наблюдавших черными бусинками-глазами за малышками. Одна из сестер быстро нашла близняшек, увидев внизу за еловыми лапами края фиолетовых платьев.
– А где мама? – спросила она.
– Должна была спрятаться где-то здесь, – хором ответили близняшки.
Сестры долго искали маму, бродили по лесу и сугробам. Следы давно замело метелью. Мороз продолжал властвовать в лесном царстве, а снег укрывал все, что ему попадалось на пути. Тучи низко надвинулись на лес, и стало как будто еще темнее. Кругом стояла мертвая тишина, лишь вороны каркали, взмахивая крыльями. Девочки продолжали искать маму и шли, держась за руки, чтобы не потеряться. Они звали родителей, но их никто не слышал. Отзывались им только вороны. Детские голоса звучали в пустоте. Но сестры не сдавались, потому что принцессы, которым предстояло в будущем защищать страну, не имели права бояться. Страху не место в храбрых сердцах. Его нужно побеждать, а не давать завладеть собою.
Старшая сестра начала уставать, и уже через пять шагов не выдержала и упала на колени. Силы покидали ее, а холод принялся пробираться до хрупких костей. Платья, плащи с капюшонами и рукавицами не согревали малышек. В ярких, выразительных синих, словно глубокий океан, глазах, на ресницах которых застыл иней, начинали появляться слезы отчаяния. Близняшки старались успокоить сестрицу, обнимая и согревая внутренним теплом и любовью. Они втроем – как одна целая картинка.
– Мне страшно, – сквозь слезы дрожащим от холода голоском проговорила малышка.
– Не плачь, мы рядом, – успокаивала одна из близняшек, крепко обняв сестру.
Вдруг по лесу пронесся пронзительный крик, спугнув воронов, которые тут же слетели с веток, рассыпая снег. Девочки одновременно вскочили и помчались туда, откуда донесся родной голос. Прибежав на то самое место, несколько раз увязнув по пути в сугробах, они замерли. На детских личиках трех потерявшихся сестер отразился ужас, шок и боль, что начинала, словно шипами, колоть маленькие сердца. Теперь слезы ручьем текли у двоих. Лишь одна из близняшек лишилась всех эмоций в этот момент, молча и медленно подойдя к старой ели у обрыва, возле которой лежала мать. На лице королевы застыли страх, ужас, боль, но ясные, голубые, как чистое мирное небо, глаза все так же продолжали светиться добром, заботой и нежностью. Она мертва, но душа ее пока не покинула, потому что рядом лежащее на снегу сердце продолжало биться, окрашивая белоснежный снег в кроваво-бордовый.
Один из воронов с красными глазами приземлился на ветку старой ели, наблюдая за девочкой. За той, которая этой ночью лишилась всех эмоций и чувств. Ее сердце и душа отделились от сестер.
Сегодняшняя ночь пришла за ней, чтобы забрать самое дорогое – часть семьи. Неужели она заслужила это? Девочка не знала ответа, как и то, кто поступил так жестоко. Но в одном принцесса была точно уверена – ее жизнь уже не будет прежней.
– Ты говорила, что у хорошей сказки должен быть счастливый конец, – тихо прошептала малышка. – Ты твердила, что мы все живем в волшебной стране, где правят добро и любовь, но… ведь это неправда! Почему ты нас обманула?!
Лес молчал. Кругом царила тишина, а белые хлопья снега продолжали сыпаться, будто их кто-то ронял с небес.
Почувствовав прикосновение сестры, Каролина отдернула руку и рванула в замок. Она не помнила дорогу к дому и бежала лишь по зову сердца, не намереваясь останавливаться и возвращаться к сестрам. Ей казалось, будто ее кто-то толкал и шептал, куда поворачивать. Надежда, что дома подскажут, как вернуть маму и исправить финал сказки, теплилась в груди принцессы, разгораясь с каждым шагом. Когда лес и сугробы остались позади, Каролина увидела, какой хаос творится впереди, и замерла. Новая реальность, с которой девочка встретилась, забрала и разбила все ее надежды.
Отовсюду доносились крики и плач детей, на землю, покрытую белоснежным покрывалом, проливалась кровь. Город больше не стоял. Он падал и тонул в море огня. Каролине хотелось верить, что все происходящее – всего лишь сон. Кошмар, который она видит ночью, но утром сразу же выбросит из головы. Однако сколько бы раз принцесса ни жмурилась, картина перед ее глазами становилась только еще хуже, словно художник добавлял все больше и больше темных красок, закрашивая предыдущую работу, от которой веял свет. Глядя на то, как орден Безликих оккупировал город и как забирал жизни невиновных, Каролина забыла, зачем и почему, а главное кто ее привел сюда, в центр ада. Она даже не слышала собственного сердцебиения. Все, что чувствовала Каролина, шагая медленно по дорожке, залитой кровью, – это как прежний ее мир рушился и разрастался дикими шипами. Белоснежные хлопья снега, сбрасываемые ангелами с неба, падая на землю, становились красными… Алыми. Прямо как те брызги, что разлетелись во все стороны, когда Безликий сжал шею женщины, упавшей на колени и умоляющей не трогать ее дитя. Обернувшись на детский плач, принцесса зажала рот рукой. Ужас и страх, словно два голодных зверя, вцепились в глотку друг другу и заставили ее сбежать отсюда.