Но Алекс ошибся и о помощи попросил не того. Демон спустился в Бездну и заключил дух старого тайного агента в кристалл. Но вместо того, чтобы отдать его наследнику, демон за очень большие деньги продал кристалл в империю Некрос, а самого лисандра попытался убить. Алекс чудом остался жив.

Вернувшись в столицу, он выследил покупателя кристалла памяти и выкрал его. Уже на самой границе со Светлоэльфийским лесом его настиг отряд карателей. Кристалл он успел надежно спрятать. Теперь его везут в столицу на суд, как одного из самых опаснейших преступников в особой карете.

— А кристалл ты спрятал в себе? – спросила я.

Лисандр ощерился и тихо зарычал.

— В таком случае ты мне больше не интересен, прощай, – сказала я и подняла руку, намериваясь закрыть перегородку.

Я была разочарована, не передать как! Я так долго искала кристалл памяти, мне  и нужно-то всего сканировать в лаборатории его кристаллическую структуру. Я сто пятнадцать опытов провела по выращиванию сосуда для духа Бездны. Но меня все время постигала неудача, не хватало какой-то мелочи! Я ходила рядом с разгадкой, но мне не хватало знаний, а тут такая удача! Но если лисандр молчит, с ним бесполезно разговаривать. К магии этот вид плохо восприимчив, а в своем теперешнем состоянии я вообще ничего с ним сделать не могу.

глава 35

глава 35

— Стой! – прорычал оборотень, когда перегородка уже успела скрыть его от меня.

— Если ты, смертная немощь, вот так запросто сейчас со мной разговариваешь, это что-то значит!

— Что-то значит, и если, еще раз назовешь меня смертной немощью, лишишься языка, навсегда.

— Кристалл действительно со мной.

— В таком случае готовься, – радостно сказала и резко обернулась к сумкам.

Достала пузатый ящик, выложила его на стол и открыла. Моя мини лаборатория. К решетке полетела колба и круглое неглубокое блюдце, – «В колбу набери кровь, а в блюдце мне нужна твоя слюна». Как только оборотень справился со своей задачей и молча отправил мне посуду с содержимым, я начала действовать. Достала кусок голубой глины и слепила человечка. В рот ему вылила слюну, а в отверстие на животе кровь и прошептала заклинание. Ничего не произошло!  Посидела, подумала и  стукнула себя по лбу, магия моя, тебя же еще нет! Как мне оживить голема?

Сижу. Думаю. Рассуждаю. Так,  как черная ведьма, я теперь ноль. Мне не доступны даже бытовые заклинания. Но! … Оживить голема может и некромант! Вот я растяпа! Неизвестные направили свои силы, чтобы подавить во мне ведьму и они совершенно не в курсе, что я амбидекстер. Я с рождения одинаково владела двумя видами магии: магии ведьм и некромантией. Ненавистную некромантию, как только мне исполнилось тринадцать, я сама запечатала. Теорию я изучила в совершенстве, на всякий случай, вот он и наступил!

Взяла нож для ритуалов, и не долго думая, время уже поджимало, разрезала на запястье узор. Чтобы не было видно, я сделала узор замыкания энергии под цвет кожи, и плетение практически не было заметно. Настало время цепь разомкнуть! Как только выступила кровь, и энергия вырвалась на свободу, я застонала. Даже не представляла, что испытываемое удовольствие от возвращения силы сродни сексуальному оргазму. Такое я ощущала, когда мне эльф «звезды показывал», так надо поторапливаться и думать о нем больше не хочу!

Когда голем пришел в движение, повернулась к лисандру.

— Алекс, вот, держи, – я отправила ему полетом свою самую ценную драгоценность – круглую перламутровую жемчужину, – как только пройдет полтора часа, твой двойник будет готов, и ты можешь уйти.

— Какова цена, странная смертная! Я вижу, что ты делаешь, но не чувствую в тебе магию. Что ты?

— Надо же, – улыбнулась я, – буквально сегодня ночью, меня спросили «кто я?», а не прошло и суток, я переквалифицировалась в неодушевленный предмет, прогресс, однако! Но, ты прав, цена моей помощи есть и она такова.

Ты раздавишь эту жемчужину ровно через полтора часа, – указала ему время на часах, – время пошло. Голем тебя здесь прекрасно заменит, он напитается твоей энергией, запахом, переймет характер поведения, будет даже кушать и спать, ну и остальное тоже будет делать. Обман откроется только в столице, когда его переведут в помещение, но думаю, тебе будет  уже все равно, ты будешь далеко.

 Теперь цена. В Тверене тебя будут ждать, к тому моменту ты извлечешь кристалл со своим дедом из себя. Мне нужно, чтобы ты прошел с этими людьми и ничего не боялся. С кристаллом ты разлучишься всего на десять минут, потом его тебе отдадут в вечное пользование, ну или пока ты опять его не похе…шь, хм, прости, я волнуюсь.

Как только тебе вернут кристалл, твой долг будет исчерпан и проклятье, навешенное над тобой, развеется. Но ты не забудь попросить проверить, а то я сильно нервничала,  могла ошибиться и совершенно случайно повесить на тебя больше чем одно. Жалко будет, если ты погибнешь так и не успев, наплодить потомков.

Лисандр молча поклонился и, подхватив еще совсем маленького голема ушел на свою полку. Я насыпала в декоративную вазочку на столе немного дым семян и полила водой. Совсем скоро они прорастут и в вазочке поднимутся тоненькие лиловые бутончики, точь-в-точь такие же, как искусственные, торчащие из вазочки. Все думают это просто для украшения интерьера, отнюдь, здесь ничего нет для украшения, и даже цветы в вазочке выбраны не просто так!

Развернулась и дала кристаллу управления приказ закрывать перегородку.

— Прощай, – послышался голос лисандра из-за закрывающейся перегородки, – и спасибо! Может быть как-нибудь….

Но перегородка с тихим щелчком закрылась, и окончания фразы оборотня я не услышала. «Может быть как-нибудь,  – повторила я за оборотнем, -все может быть! И даже как-нибудь!»

Через отведенное время оборотень исчезнет, а бутончики раскроются и выпустят лиловый дым, который уничтожит все, что здесь происходило в этот час. Даже самый опытный маг проклятийник увидит только отдыхающую девушку на кровати. А бутоны опустев, покроются восковым налетом и засохнут, став точно такими же цветочками, которые стоят в вазочке.

Спрятала управляющий кристалл на место, надела плащ невидимости, подхватила сумки и, дождавшись когда поляна опустеет и меня никто точно не заметит, вышла из кареты.

Васильки, васильки, васильки – они не давали мне покоя. Не мог же эльф уходить за цветами далеко, а это значит нарвал он свеженьких полевых цветов где-то рядом. Я выбрала направление в ту сторону леса, где как мне показалось, деревья пореже стоят и света побольше сквозь кроны просвечивает. И не прогадала. Спустя десять минут ходьбы деревья стали расступаться, появилось больше кустарника и я, наконец, вышла на край пшеничного поля.

Еще не позолотевшие, но уже с полными налитыми зернами колоски медленно колыхались на фоне ярко голубого неба. Создавая волнующееся море, перетекающие  волны из тяжелых колосьев так и манили. Яркие пятна васильков на самой кромочке пшеничного моря притягивали взгляд. Свежий ветер, наполнявший грудь, казалось, наполняет ее еще и чувством счастья и радости. Я вошла в  колышущиеся волны поспевающей пшеницы и остановилась, прислушалась.

глава 36

глава 36

Мне показалось, что я слышу тихую неторопливую песню. Песню благодарность: дневному светилу Обре, за то, что дарит много света. Дождю за то, что орошает влагой почву и позволяет колосьям наливаться хлебной тяжестью. Свежему ветерку, за то, что не дает скучать, играет и рассказывает разные истории из далека.

Раньше я никогда не слышала этого пения! А теперь, кажется, могу разобрать песенку каждого отдельного стебелька. Я медленно, чуть прикасаясь, провела рукой по пшеничной глади, щекотно и так приятно. Меня заметили. И отовсюду послышался тихий шепот, спрашивали как мои дела, что интересного там, в лесу и жаловались на жестокого эльфа утром без спроса оборвавшего несколько стебельков васильков.

  Я поинтересовалась, могу ли я попросить о чем-нибудь. И тут же послышался радостный гомон сотен тысяч пшеничных стеблей, все желали исполнить мое желание, каждому хотелось сделать мне приятно. Ну да, я вспомнила, меня кажется, называли дриадой. Я теперь защитница всего растительного, ко мне тянутся растения, и самое главное, они с готовностью раскрывают все свои тайны. Как мне нравится! Спасибо Мимозочка, я наконец-то оценила твой подарок! Обещаю достойно нести этот дар до конца своих дней!

После клятвы, данной самой себе о несении дара дриады с достоинством, призвала в свидетели поле и тут же вся на мгновенье осветилась темно розовым ореолом. Растительный мир принял клятву! Теперь можно просить.

Я, помня, что Мимоза никогда не разговаривала вслух со своим дубом, сосредоточилась и мысленно попросила колосья скрыть мои следы на поле. Гомон тихих голосков был мне ответом. Я двинулась вперед по полю, спустя некоторое время оглянулась и увидела, как примятые мною колоски тут же поднимаются и не остается совершенно никакого следа.

 Перешла поле и оказалась у редкого леска, где в основном преобладал кустарник. Проселочная дорога, петляя среди невысоких холмиков, убегала вдоль поля. Здесь видно часто проезжают груженые телеги местных крестьян, потому что дорога, представляла собой полотно, в две глубокие колеи и посередине полоска островок с короткой щетиной изумрудной травки. Перескочила на островок, чтобы не наступить на пыль дороги и углубилась в редколесье.