Я поняла, настал час расплаты, вот тот момент, когда я могу отомстить за нанесенное оскорбление! Я презрительно прищурилась и тихо, но твердо ответила.

— Тебе триста лет, и ты не хочешь жениться! Тем более на безродной деревенской девке. Которая  сейчас ломается и строит из себя не весть что, а сама, как и все смазливые девицы станет вначале чье-то содержанкой, а потом дешевой деревенской шлюхой. Зачем отдал ей кровь единорога, – тут я запнулась и ехидно улыбнулась, – ой, прости, последняя фраза из цитаты одного не очень умного молодого мужчины здесь лишняя. Но суть ты уловил. Какая разница, где быть дешевой деревенской шлюхой? Лично я выбрала здесь! И гордо подняв голову, продолжила движение больше не удостоив смертника взглядом.

Как только двери залы за нами закрылись, бал тут же продолжился; зазвучала музыка, послышался гомон толпы.

Император подвел меня к дверям в свои покои и, открыв дверь, пропустил первой. Как только я перешагнула порог, дверь закрылась, я мгновенно приставила ухо к теплому дереву и не зря. Адриан Тланторос негромко усмехнулся, и послышалось его тихое бормотание.

— Ну дает малыш. А я как всегда, с этой девчонкой, что-то пропустил. Даже мне интересно, чем это закончится.

глава 43

глава 43

Затем послышались его удаляющиеся шаги приглушенные плотным ворсом ковровой дорожки на полу коридора.

— Ну, по крайней мере, вдвоем не скучно спать будет, сестренка! – услышала я знакомый голосок и медленно отвернулась от двери.

— Я не подслушивала, – подходя к огромной кровати, сказала я,– А проводила расследование!

На самом краю огромного спального места императора Некроса сидела Ариэлла в ночной сорочке и болтала ножками.

— Завидую я тебе Натали, ты такая смелая, храбрая, бесстрашная, отважная, решительная…

— Стоп, стоп, хватит!– оборвала перечисления синонимов к слову смелость, – Ариэлла, ты прогрессируешь! Я рада, что все не так запущено, но… Действительно больше не стоит мне завидовать.

Я шумно вздохнула и взяла сестру за руку.

— Ты представить себе не можешь, как мне тяжело все это дается.

Я попыталась улыбнуться, но получилось как-то не натурально, вымучено. Я неожиданно осознала, что просто смертельно устала. И действительно больше не хочу танцевать, что сон это самое лучшее, что можно придумать.

— Я просто пытаюсь отстоять свою свободу и право на жизнь. На ту жизнь, которой хочу прожить сама, – пристально глядя, в прекрасные карие глаза девушки, спешно затараторила я, – Я хочу совершать собственные ошибки, а потом исправлять их. Хочу сама выбирать дорогу, по которой пойду за своей судьбой, хочу быть с тем мужчиной, который по нраву мне, а не императору Некроса. Я борюсь за свой выбор, пусть не верный, но он мой!

Одинокая слезинка покатилась по моей щеке. Ариэлла уставилась на меня совершенно не понимающим взглядом. Мои слова всегда пугали ее. Она с рождения не принадлежала себе, за нее уже давно все решено и даже подписано. Это нормально в мире Трампа. Она наследница самого императора Некроса и поступит так, как будет угодно ему. Такое понятие как «свое мнение» подобным девушкам не ведомо, похоже, оно даже не рождается с ними. Как случилось, что я иная, даже мне не понятно. Но мне все сложнее сопротивляться. После того нападения я постоянно испытываю страх. Я даже не знаю, чего боюсь, но это становится сильнее меня.

— А я сегодня поступила смело и решительно, как ты! – неожиданно бодро прервала тягостный момент наследница.

Она полностью забралась на кровать и с мечтательным шумным вздохом опрокинулась на спину.

— Что, быстро и решительно отказалась от помолвки?

— Ах! – подскочила она и встала во весь рост, – Ты уже все знаешь! Но!…, – она радостно подпрыгнула и закружилась, – Нет, не отказалась, а очень даже согласилась!

— В чем тогда заключается смелость и решительность, последовательница моя? - иронично спросила я Ариэллу.

Она обняла себя руками и весело захохотала. Я напряглась не на шутку. Такой я ее еще никогда не видела, это для начала. И чем лично мне аукнется этот ее «смелый поступок в моем стиле»? Конечно же она уже рассказала всем, кому не следует, кто ее вдохновил на это.

— Я в начале лета выхожу замуж за любимого!

— А то, что он твой любимый, тебе об этом Тланторос поведал, да?

— Нет, нет и еще раз нет! – весело  ответила она, – Я сама в него влюбилась и уже давно. Но он не подходил мне в пару по положению. И я заманила его в пустые покои и…

Она подпрыгнула на кровати, поджала ноги в полете и плюхнулась так на мягкие покрывала. Глаза ее лихорадочно блестели, а руки крупно дрожали, она сцепила их в замок и прижала к груди. Волнение переполняло ее.

— Нас застали в постели как раз с вот самый момент, когда он… ну он уже… он уже все сделал… он закончил это и еще не успел выйти из меня… Так нас и схватил папа, голыми и…. потными.

Мне показалось, что я услышала похоронный марш, в мою честь! Я даже после оскорбительных слов эльфа не впала в такой ступор, как буквально ошарашила меня своими словами Ариэлла.

Самый опасный тип женщин – тихий, уравновешенный, скромный, глуповатый, но чрезмерно мечтательный и слегка завидующий тем, у кого характер жестче. Она своим розовым в рюши мозгом решила, что я могу так поступить! Она даже ни разу не подумала, что я колючая, упрямая, наглая, но я в жизни бы ничего подобного не сделала!

Я как стояла перед кроватью, так и села прямо на пол. Мои глаза с таким напряжением всматривались в лицо Ариэллы, что заслезились и заболели. И только потом я сообразила, что просто моргать перестала.

— Нас, прямо так в миг и обручили. Правда хорошо я придумала? - как -будто заподозрив неладное уже менее уверенно произнесла девушка.

— А в начале лета свадьба, - уже совсем тихо, – Ты приедешь?

— Нет!- треснувшим голосом выдавила я.

Глаза Ариэллы округлились. Она уже что-то заподозрила, но явно не понимала, что натворила.

— Нет!- прочистив горло, повторила, – меня уже к тому моменту в живых не будет.

Слезы градом покатились по щекам Ариэллы.

— Ты, Ариэлла, убила меня. Наверняка ж похвасталась, чей образ сподвиг тебя на этот поступок?

Девушка, уткнувшись лицом в ладони, зарыдала в голос.

— Полагаю, что это «Да», - сокрушенно прошептала я.

— Прости, Ариэлла, но пока я не готова с тобой не только общаться, но и видеться, – медленно, поднимаясь с пола, проговорила я, пытаясь голосу придать хоть какое-то подобие твердости.

Встала, прошла в самый дальний угол комнаты и обессилено провалилась в глубокое кресло. Ариэлла плакала, и ее рыдания доносились до меня как - будто издалека. Слезы уже высохли. Ни в душе, ни в сознании ничего не осталось - только пустота!

*****

глава 44

глава 44

Так нас и застал мастер Гоб, тот самый гоблин из парка. Он неслышно с гордо поднятой головой прошествовал к моему креслу. Вид у него был такой, как - будто в парке вообще ничего не случилось. Вот выдержка!

Он развернул небольшого размера свиток и гордо прочел: « Воспитанница Первого Советника  императора Некроса Дара Ская Натали Ск-ай, – как всегда он сделал намеренно, чтобы моя фамилия не звучала одинаково с фамилией Первого Советника, – в срочном порядке должна быть доставлена на личную аудиенцию к императору Некроса, владыке мертвых, властелину Тлантороса Адриану Тланторосу».

 И поморщившись как от зубной боли, осмотрел меня оценивающими водянистыми серыми глазками.

— Я обязан проводить вас леди Натали, - проскрипел гоблин.

Ариэлла охнула, но осталась сидеть на месте.  Стоило мне подняться и сделать не более пяти шагов в направлении к выходу, она отмерла, и опрометью бросилась на перерез мастеру Гобу.

— Я иду с вами, - дрожащим голоском, пропищала девушка, - Я натворила бед, мне и объясняться. Я скажу, что все сама придумала. Пусть меня тоже казнят.

— О вашем поступке, наследница, вы обязательно поговорите, - ровно и без эмоций, ответил мастер Гоб, - но сейчас речь совершенно не о вас, простите, принцесса.

Гоблин низко поклонился. Ариэлла с некоторым недоверием отступила в сторону, и мы прошли дальше.

Мастер Гоб привел меня в личный кабинет Дара Ская. Это была огромная комната, выдержанная в светло коричневых и песочных тонах. Стены были отделаны панелями орехового оттенка. Где здесь дверца от шкафа или дверь в соседнюю комнату понять невозможно.  Дар Скай слыл приверженцем минимализма. Для него главным приоритетом в интерьере было не наличие ажурности и яркости, а функциональность. Посему фокальной точкой данного пространства был огромного размера стол-секретер, который, кстати, в данный момент он и занимал, и выражение его лица оптимизма не вселяло.

Около стола были расставлены легкие стулья со спинками. В дальнем правом углу располагался маленький столик и два удобных мягких кресла. Ножки столика были слегка изогнуты, и вдоль них пролегала изящная резьба с позолотой. За каждым креслом стоял торшер. Секрет этого светильника заключался в том, что если кто-то не желает быть узнанным, то торшер за его спиной включается и никаким способом невозможно различить кто это; разве только понять что это мужчина или женщина. В данный момент один из торшеров ярко горел, и по силуэту сидящему в кресле можно было разобрать, что посетитель крупный мужчина. Второе кресло, с бокалом вина  в руке, занимал император. Его лицо, как всегда, ничего не выражало. И подходить ближе он тоже видно не собирался.