– Мы раскрыты! Нужно соединиться с подкреплением! Бегите в одну сторону, рано или поздно упретесь в ворота! – закричал риелтор, который по сценарию должен был устранять некроманта и Артефактора.

В ответ раздался одобрительный топот приближающихся ног, ошибочно идентифицированный как подмога собратьев. Впрочем, радость на лицах людей из отряда номер один быстро сменилась на ужас. Со всех сторон на разноцветные пылевые облака, выглядящие как галактика в момент своего образования, сползались воскрешенные. Услышав звуки выстрелов, основные силы риелторов выдвинулись на подмогу. Штурмующие, попав в цветную мечту девочки лет пяти-семи, встали у самого входа в гигантский круг спинами друг к другу и достали оружие. Пуля стремительнее любого заклинания, и зачастую выстрелить человек может быстрее, чем волшебник активировать амулет. Вот только отряд не учел, что сражаться придется совсем не с магией. То есть не с магией напрямую, а с самыми ее странными последствиями в виде оживленных мертвецов. Дальше все стало похоже на любой компьютерный шутер от первого лица. Мертвецы, обычно такие неповоротливые и вялые, наконец получили вполне понятную и не рутинную цель, а еще немного волшебного ускорения, а потому стали действовать куда как более эффективно. Если бы не скрип коленей и суставов и звуки шагов окоченевших ног, воскрешенных можно было бы сравнить по скорости и внезапности появления разве что с ниндзя. Раздалась пистолетная очередь. Со смачным шлепком отлетела и без того плохо крепящаяся к телу рука одного из оживленных. У другого оживленного по естественным причинам, к стрельбе никакого отношения не имеющим, отлетела голова, и он бросился в атаку, держа ее за волосы вполне устрашающим образом. Кто-то в кругу закричал и, кажется, бросился бежать прочь. Ряды сомкнулись чуть плотнее, зазвучали щелчки перезарядки обойм. Пули не останавливали, а лишь замедляли высовывающихся из-за надгробий и бегущих навстречу восставших. Теперь можно было с уверенностью сказать, что засада не удалась, а противник задумал ловкую ловушку и неплохо подготовился к радушному приему гостей.

– Ой, а это же мой кумир! Я не могу в него стрелять! – раздался жалостливый голос риелтора откуда-то сбоку, и возглас стал последней каплей.

Агенты по недвижимости разомкнули оцепление и понеслись в разные стороны. Особо упорные – искать некроманта, который все это устроил. Но большая часть – прочь от проклятого места. Разноцветный песок, перемешавшись в воздухе, оседал на землю, и сквозь взвеси уже начал вырисовываться раскрашенный пейзаж кладбища. Колдунство, заставившее прийти в движение захоронения, стало терять силы, и плиты виновато возвращались на свои места. В свете открывшегося пейзажа стало понятно, что многих сбежавших риелторов крепко связали веревками и оставили лежать на земле. Так же равнодушно многие люди раз в год поступают с живыми елками, заматывая их и выбрасывая на помойки. Тех агентов врагов, которые по каким-то причинам сумели избежать перспективы быть пойманными, сейчас вовсю преследовали воскрешенные, смешно вытянув вперед руки. Натан Соломонович вышел из здания похоронного бюро, когда последние крики непонимания и разочарования стихли над простором. Сейчас он удивительно напоминал русского помещика, решившего обозреть границы своего необъятного земельного владения.

– Перенесите, пожалуйста, всех риелторов в морг. Я погружу их в сон. Только не забудьте отключить опцию заморозки. – Он хлопнул в ладоши и принялся проговаривать долгое заклинание, которое должно было убрать радужный окрас кладбища.

Когда последний агент по недвижимости ушел в забытье в индивидуальной металлической камере, Максимилиан лишь пожал плечами:

– А в Японии, между прочим, чтобы выспаться в таком маленьком пространстве, люди платят деньги. Может, в конце выставить им счет за размещение в капсульном отеле? А что? – Поймав непонимающий взгляд окружающих, юноша поспешно добавил: – Риелторы же берут с меня деньги за привод покупателя. Я даже фотографии своей квартиры сам сделал и объявление о продаже вывесил.

Натан Соломонович хитро улыбнулся, и все четверо вышли на крыльцо.

Лизавета вдруг посмотрела в пустоту, концентрируя внимание на одной, отдельно взятой точке. Натан Соломонович напрягся, Максимилиан сощурился, а Дина и Ян лишь непонимающе переглянулись.

– Старые кладбища строили в виде карты сокровищ. Нужно лишь найти самый богато украшенный центральный склеп и двигаться от него на север… Пойду поищу золото, – невозмутимо сообщила женщина и уверенно зашагала прочь от центра ритуальных услуг.

За ней вперевалочку последовала часть воскрешенных с самыми невозмутимыми выражениями лиц. Никто из присутствующих после произошедшего и не подумал усомниться, что Лизавете в такой компании может угрожать хоть что-то. Натан Соломонович повернулся к своим коллегам:

– Дина, Ян, поезжайте обратно к Гилиаду и Адель. Им сейчас будет кстати любая помощь. Я почти уверен, что монстр подземелий сорвется и решит стереть всех причастных некромантов с лица земли… Берите самую быструю машину, которую сможете найти, платите любые деньги…

Волшебники кивнули и побежали в сторону кладбищенских ворот.

– А мне нужно будет провести ряд ритуалов и попытаться найти слабое место у этой нечисти…

Максимилиан пожал плечами и, чувствуя себя абсолютно лишним, поплелся за владельцем похоронного бюро. Ему, конечно, никто не найдет никакого дела… Да и какие дела могут быть у беспомощного почти– человека в мире на грани между затишьем и громогласной бурей? Даже чирлидерши, выступающие для подбадривания футбольной команды, и те приносят больше пользы… Артефактор представил себя одиноко размахивающим помпонами на краю битвы на фоне вырастающего из-под земли чудовища.

– Максимилиан, ты здесь? Поможешь с магическими приготовлениями. Вместе мы проведем ритуалы быстрее.

Иван. Покой нам только снится

Иван. Покой нам только снится

У жизни без души были и свои преимущества. Например, исчезло чувство вины и заглохла совесть. Мир стал намного проще, а решения принимались легко, ведь их больше не тормозили бесконечные размышления и отговорки. А еще Ивану дали долгую жизнь. Долгую, несомненно богатую и роскошную. Несмотря на достаток и статус – сначала директора важного завода, а потом владельца самого крупного риелторского агентства в городе, Иван так и остался одинок, не обзавелся семьей. Люди, в которых теплилась душа, чувствовали себя рядом с мужчиной неловко и старались держаться от него подальше, не понимая почему. Про такие личности, как Иван, говорили: «Вроде ничего плохого не сделал, а человек неприятный. Скользкий какой-то». Посвященные в культ люди теряли часть интереса к семье. Многим удавалось сохранить теплые чувства к близким родственникам, но заводить новых уже никто особенно не рвался. Потому что служение хозяину – это не про самостоятельность и свободу выбора. Это про коллективизм и работу на благо светлого будущего до конца жизни.

С возрастом Иван передал часть своих функций подчиненным, хотя и продолжал задавать тон и обеспечивать агентство новой кровью. Пока Повелителю не стало мало. Он уже достиг критических размеров и очень хотел расшириться, чтобы получить в свое распоряжение силы и души людей соседних городов. Иван делал все, что мог, но темпы его работы перестали устраивать хозяина. Существо было бесконечно ненасытно, словно кредитная карта. Тогда и родилась идея захватить важный артефакт, которым размахивали местные недоволшебники. Не умея использовать столь мощную вещь, глупые Артефакторы извлекали из нее крошечную денежную выгоду, а затем оставляли на долгие месяцы пылиться на полке.

Перед глазами Ивана встала вся его жизнь, а до боли знакомые аллеи напомнили о взлетах и падениях. Этот парк знал времена и получше: когда-то в самом его сердце радостно шевелились сияющие аттракционы и слышался детский смех. А сейчас от былой роскоши осталось лишь колесо обозрения – и то облезлое. Иван ощутил себя, как никогда, одиноким и растерзанным: он закричал от отчаяния и опустился на скамейку. Риелтор и сам чувствовал себя скрипнувшим и затихшим вагончиком американских горок, заржавевшей детской машинкой, в которой от дождей с годами разложились кожаные сиденья… Прохожие бросали на старика любопытные взгляды, но, не получив продолжения концерта, вскоре потеряли интерес к незнакомцу. Лучшие из риелторов потерпели полное фиаско и оказались в руках врага, беспомощные, но хотя бы не открывающие секретов фирмы. Иван чувствовал все, что происходит с его людьми, ведь именно он посвятил их в прислужники хозяину. Значит, можно не убивать подчиненных и позже вызволить из лап врага. Впрочем, собрать второй штурмовой отряд не представлялось возможным. Часть людей осталась при Повелителе, часть – отправилась пытаться купить новые души. Иван назначил встречу в парке своему заместителю, чтобы обсудить дальнейшую стратегию действия. Вскоре мужчина лет сорока присел рядом с Иваном – сухим, но молодо выглядящим стариком, которому никак нельзя было дать больше шестидесяти пяти из его ста девятнадцати лет.

– День добрый, – мужчина склонил голову, изображая поклон. – Я понял, что ситуация срочная. Как обстоят дела?