Нив достала стеклянный флакон. Кит откупорил свой и налил в кубок. Мягкое журчание жидкости было единственным звуком в соборе.

– Я, Кристофер Кармин, беру тебя в жены. Своим телом я поклоняюсь тебе, и всеми своими мирскими благами я одариваю тебя.

Руки Нив дрожали, когда она откупоривала флакон.

«Только бы не выронить», – взмолилась она. Опустошая флакон, она не сводила с него взгляда. Каким-то чудом ни одна капля не пролилась.

– Я, Нив О’Коннор, беру тебя в мужья. Своим телом я поклоняюсь тебе, и всеми своими мирскими благами я одариваю тебя.

Она подняла кубок и отпила глоток. На вкус вода была прохладной, как весенний мед и вереск. Нив передала кубок Киту, который наблюдал за ней влюбленными золотистыми глазами.

На этот раз Синклер приготовил плащ. От Нив не укрылось, как затуманился его взгляд, когда он помогал Киту облачиться.

– Преклоните колени, – сказал епископ.

Они так и сделали. Пол был холодным и твердым, но, когда Кит взял ее руку в свою, в ней вспыхнуло пламя.

– Тех, кого Бог соединил, – сказал епископ, – никто да не разлучит.

Не успели слова вырваться из его уст, как Кит притянул ее к себе и укутал в свой плащ. Она прижала руки к его груди, чтобы успокоиться. Слабо ухмыльнувшись, он поцеловал ее. Несколько человек в зале ахнули. Нив, как дурочка, улыбалась. Как смело, дерзко, необычно – именно таков Кит Кармин. Ее щеки заныли, так широко она улыбалась.

– Всем встать, – возгласил глашатай, – перед принцем Кристофером Кармином, герцогом Клируотера, и Нив О’Коннор, герцогиней Клируотера.

* * *

Когда они пробрались через толпу, последние лучи дневного света уже угасли.

Нив, наверное, никогда не вычешет все лепестки из волос. Белые цветы летели по улицам, как снег. Они падали на мостовую, источая сладкий аромат, кружились на ветру, манящие и свободные. Нив так и подмывало схватить один из них и сунуть за ухо Кита. Судя по его необычайно хорошему настроению, она подозревала, что он позволит ей это сделать. Эта мысль заставила ее улыбнуться.

Особняк Синклера встретил их уютным светом сумерек. Парадное крыльцо напоминало беседку, окруженную ветвями бугенвиллеи. Когда они поднялись по лестнице, хозяин дома встретил их долгим драматическим вздохом.

– Я понимаю, что вы пока не хотите возвращаться во дворец. Но неужели вы действительно должны прийти именно в мой дом?

– Формально, – возразил Кит, – это мой дом.

Синклер не нашелся, что на это ответить. Он отпер входную дверь и велел экономке приготовить гостевую комнату для «счастливых молодоженов». Кит вздрогнул от того, как многозначительно он подчеркнул эту фразу. Экономка была в полном восторге, но Синклер, несмотря на это, сделал вид, что его это не беспокоит. Как только они избавились от шляп, перчаток и свадебных нарядов, Синклер вывел их из фойе.