Юви снова посмотрела на Октавиана, который будто ждал ее ответа на вопрос, который еще не прозвучал.
– Почему ты так смотришь на меня? – наконец проговорил он, чуть склонив голову набок, будто ему было не все равно.
И впрямь, не все ли ему равно, какое ему дело до глупой девочки из разрушенной страны? Если только…
– Что мы вам сделали? – еле слышно проговорила Юви. Октавиан отступил на шаг.
– Значит, ты считаешь меня чудовищем? Веришь всему, что слышишь обо мне? Разве я хоть раз дал тебе повод?
Мысли путались в голове Юви, она пыталась найти ответы, но лишь больше проваливалась в необъятную пропасть.
– Я не стану заставлять тебя, если это не то, чего ты хочешь, – сказал он, будто бы пересиливая себя, и отступил еще на шаг. Отвернулся. – Никогда и никого я не заставлял. Каждая женщина, побывавшая здесь, пришла ко мне сама.
Но ты – не они. Никогда не была. Ведь я знаю тебя намного дольше, чем любую из них.
Голова Юви пошла кругом. Она не могла понять, что он говорил. Что он имел в виду? Что все это значит?
– Тут так душно… и темно.
Юви пошатнулась, в глазах у нее и впрямь потемнело, но Октавиан моментально оказался рядом. Уверенно взял ее под локоть и повел вперед, но она даже не видела дороги. Да и какая разница. Вот-вот ее мир взорвется, в этом она не сомневалась.
Они поднимались вверх по лестнице, наподобие той, что шла от сокровищницы до спальни. Но теперь еще выше.
Юви споткнулась, и Октавиан подхватил ее на руки и понес дальше сам. Все выше и выше. Все дальше и дальше… от Виктора.
Ее сознание помутнело, в голову вторгались странные мысли и образы, ее бросало то в жар, то в холод. Возможно, это наказание за то, что она порвала магическую связь с Виктором. Ремесис – это сила, и ее следовало укрощать, своенравия она не терпела.
Вероятно, Юви в какой-то момент отключилась, ведь когда распахнула глаза, кругом был лишь ослепительный свет. Она приставила ладонь ко лбу, заслоняя глаза. Октавиан стоял к ней спиной у окна – на самом деле, здесь повсюду были окна. И множество растений. Она сама лежала на деревянном шезлонге. Довольно необычно для Дворца Теней.
– Где мы?
– На крыше дворца. Эта оранжерея – место моего уединения. Здесь я часто вспоминаю, зачем мне все это. Здесь я вижу свет. – Октавиан замолчал и повернулся к ней. – А свет – это ты, Юстиана. Я вспоминаю твой свет.
– Объясни, я до сих пор не понимаю тебя.
Юви постаралась взять себя в руки и подняться. Что бы ни сказал ей Октавиан, она сильнее этого.
– Я увидел тебя давным– давно. На одном далеком балу.
– Ты что-то путаешь. Я не ходила на балы.
– Разве? А как же тот танец в саду? Когда все танцевали в бальном зале, маленькая девочка кружилась в тени. Потому что ей было нельзя. Кто же это был, Юстиана?
Она ошарашено посмотрела на него. Откуда он знал?
– Я тоже там был, – ответил на ее вопрос Октавиан. – Мы приехали с делегацией. И я вышел прогуляться, когда увидел тебя. А потом я узнал, что планирует отец. И мне пришлось тайно встретиться с Дилипом Казиньяком. Я пообещал спасти вас, всю вашу семью, дать вам проход из Ремесиса, когда начнется вой на. Но взамен я взял с него клятву.
– Что ты такое говоришь? – воскликнула Юви, вскочив с шезлонга.
– Он согласился, при условии, что на твое восемнадцатилетие он привезет тебя обратно, ко мне. Я знал, что мой отец-император никогда не позволит нам быть вместе. И я ждал. Аугуст был болен, ему оставалось недолго. А твой отец, как видишь, выполнил обещание, данное мне. И я собираюсь выполнить свое. Позаботиться о тебе.
– Но он погиб!
– Все пошло совсем не так, как я планировал. – Октавиан склонил голову. – Деструкторы не всегда подчиняются мне. Они могут сорваться. В тот день там был Риок и…
– Риок? Так это был он?
Юви не знала чему верить, что думать. Она сорвала с головы вуаль и отбросила в сторону, заметавшись по круглой застекленной террасе.
– С твоим братом все тоже вышло совсем не так. Видишь ли, это я велел Риоку оживить его. Я думал, что так принесу тебе радость. Но деструкция оказалась сильнее.
– Значит, все это время…
– Я знал. И ждал. И да, я знаю о твоей магии. Твоей прекрасной силе. Юстиана, поверь мне, у нас впереди прекрасное будущее. Только если ты откроешься мне, как я тебе. Ты станешь моей Императрицей, ты уже – она. Всегда была ею для меня. Наконец, леди Малис тоже дала согласие на наш союз. Прости за те глупые соревнования – это было нужно ей, не мне.
Он подошел к Юви совсем близко и приобнял за плечи, останавливая ее бессмысленное хождение по кругу. Она дрожала так, будто вместо света на нее струилась ледяная вода.
– Вместе мы создадим сильное государство. Я знаю, ты справедлива, ты добра, ты сильна. Какой и должна быть настоящая леди. Только ты, Юстиана. Мне не нужен никто другой. Когда-то я увидел в тебе себя. Мне тоже приходилось прятаться в тени – своего брата, своего отца. Я был тем, кем меня хотели видеть. Мерзавцем, соблазняющим женщин. Транжирой и жестоким тираном. Кем угодно. Но я стану тем, кем ты захочешь. Только доверься мне, дорогая. И я знаю о другом. Знаю о твоей помолвке. Тебя отдали ему, но это неправильно. Ты можешь сама выбрать то, что лучше для тебя. Пусть старые узы останутся в прошлом. Я смирюсь, зная, что у тебя уже был он. Мне это неважно. Если ты здесь, значит, ты сделала свой выбор. Так ведь?
Он приподнял ее голову и посмотрел в глаза. Его губы коснулись ее щеки, спускаясь к шее.
Неужели отец привез ее в Шаттрли для этого? Отдать ее Октавиану?
Неужели все так просто? Зачем вся эта история с ключами? Отец ведь знал ее характер. Юви ни за что не согласилась бы на подобное.
Октавиан обошел ее, обнимая со спины, целуя плечи.
И Юви знала, что пора что-то предпринять.
Что она могла предложить Императору? Свое разбитое сердце?
Вдруг всем своим существом она ощутила знакомую ей пустоту. Пугающую бездну разрушения.
– Все сделано, Ваше Императорское величество, Архитектор уже мертв, – прохрипел позади них деструктор.
Юви не видела его, лишь слышала. Она хотела обернуться, но Октавиан стиснул ее в кольце своих объятий. Внутри у Юви все оборвалось.
– Вон отсюда, – прорычал над ухом Октавиан. – Как посмел подняться!
Она встрепенулась и все же вырвалась, но плащ с золотой каймой уже скрылся за порогом. Юви хотела броситься за ним. Октавиан перехватил ее за руку и вновь притянул к себе.
– Никуда ты не пойдешь, Юстиана. Нет нужды.
– Но ты сказал…
– Юстиана, милая моя, не в этот раз. Я устал ждать.
Черный камень в его перстне вспыхнул, и Юви ощутила идущую от него силу, которая ложилась ей на плечи. Он пытался контролировать ее!
Но знал ли он, с кем имеет дело?
Нет.
Ее никто не знал, никто в этой жизни. Она и сама не ведала предела своих возможностей. Ей нужно одолеть деструкцию.
Если Виктор мертв…
Тень Самуна приближалась к ней, пытаясь укротить непослушную девчонку.
Это была древняя магия, страшная и темная. И когда она жаждала чего-то, она это получала.
* * *
Ей казалось, что она падает. Утратилось ощущение времени и пространства. Только движение вниз. А ведь ей нужно было наверх – туда, где черной тучей висела тень разрушения.
Но сначала нырнуть так глубоко, как она только могла.
–
Она понимала, кому они принадлежат. Дахини, духи, которые хранили знания ремесиса. Кто, как не они, могли открыть ей дорогу к глубинам и показать ей путь.
–
Ей казалось, что она тонет, а внутри вспыхивали гнев и отчаяние.
Если Виктора больше нет, к чему жить ей?
V
Он обратился в скорость. Знал, что сейчас каждое мгновение решает все, и стоит ему остановиться, он потеряет ее, потеряет свою Юви навсегда.
Он не мог этого позволить.
Виктор строил.
Он возводил мост, самый грандиозный в Шаттрли. Этот мост вел его прямиком к Теневому Дворцу Императора. Виктор вкладывал в него такие ресурсы, такие запасы ремесиса, что мог перемещаться с необычайной скоростью.
Он строил быстрее, чем деструкторы разрушали, а благодаря Белой Тейре, мост быстро зализывал свои раны.
Виктор не хотел вредить деструкторам, те, что встречались на его пути… в их глазах стояла мольба. Почему он раньше не замечал этого? Почему не смотрел им в глаза?