– Если Хоук прольёт кровь, ритуал сработает? – с затаённой надеждой спросила Лирана, но Олмун покачал головой.

– И да и нет. Кровь – это жертва, извинения перед народом и дань земле. Король тем самым отдаёт часть своей силы королевству и своим подданным, чтобы обеспечить их процветание на будущий год, но не получает ничего взамен. Связь между ним и его землями не устанавливается или – если она уже была протянута – разрывается. И Король ждёт следующего года, чтобы повторить ритуал, как полагается.

– А вторая часть ритуала? – как бы невзначай спросила Лирана.

– Всё без изменений. Король выбирает наречённую и проводит с ней ночь. Но… – Он снова зашелестел записями. – Об этом вскользь было упомянуто только в одном случае, который… да, который случился две тысячи лет назад, если верить написанному, то в эту ночь наречённая, вернее, то была уже сотню лет как Верховная Королева, не получила часть силы Верховного Короля, как то полагается, потому что он уже отдал эту силу народу. Но… – Снова шелест. – Но на следующий год вроде всё прошло успешно, да… Да, всё прошло как полагается.

– Значит, всё хорошо, и мы проводим ритуал, как обычно, – с облегчением выдохнул Хоук. – Фейри не будут волноваться?

Олмун провёл пальцем по строкам:

– «И выпил Верховный Король из чаши и пролил остатки на землю. И наполнились земля его и народ его великой силой, что даровал им Верховный Король из собственного сердца, и возликовали подданные, пускаясь в неустанный пляс». В обоих случаях фейри не говорили о подмене, и в обоих случаях они чувствовали ту же силу, что и всегда. Так что, полагаю, с этой стороны всё должно пройти гладко.

– Замечательно! – Хоук хлопнул в ладоши, поднялся с места и потянулся. – Годик посижу без половины силы – невелика потеря. Тогда будем придерживаться этого плана. Начинайте подготовку.

После собрания Хоук сухо попрощался со мной и отправил отдыхать, а сам ушёл в библиотеку, чтобы проведать оленёнка и поздороваться с Ферром. Признаться, я хотела пойти с ними, но устала так, что всё же решила доползти до своей спальни. Силой заставила себя залезть в ванну, а потом, прежде чем лечь в постель, посомневавшись, всё же натянула на себя ночнушку с рюшами, решив, что лучше, в случае чего, убегать от опасности в ней, чем голышом. У этих проклятых фейри слишком часто что-то случалось.

Стоило мне забраться под одеяло, в дверь постучали.

– Хель?

Под рёбрами неприятно кольнуло. Я опять совершенно забыла про Свана. Обещала же себе по возвращении сразу же к нему заглянуть! Я села.

– Заходи!