– Ты живой, – выдохнула она.

– Трусливо отсиживался в лесу, – отмахнулся он и вновь повернулся к Ружану.

Лита замолчала.

– Ты дал лесу силы, – проговорила Нежата, обращаясь к Вьюге. – И ты… помог Ружану стать Смертью? Ради этого?

Вьюга сухо кивнул:

– Ради этого. Но немного не успел. Я не хотел битвы. Если бы он пришёл раньше, я отдал бы его силу лесу и не пришлось бы проливать столько крови. Верховные привели только слабейших – тех, кто лишь недавно начал постигать колдовство. Чтобы за их счёт дать сил тем, кто больше преуспевает. Вырастить чароплоды.

Кашель Ружана перешёл в свистящий хрип. Он шевельнул рукой в сторону Михле, но его глаза закатились, и голова безвольно упала на бок.

Ивлад зажмурился.

* * *

По окнам стучала капель. Солнце ломилось во дворец, просачивалось в самые маленькие оконца и гуляло бликами на сводчатых потолках. Вьюжные колдуны, которые оставались в Азоборе, притихли, после того как поняли, что колдовали против своего верховного. Ивлад опасался, что Вьюга сурово их накажет, но тот лишь невозмутимо поводил плечами.

Ивлад терпеливо ждал, когда слуги начистят все пуговицы на его праздничном кафтане. А праздновать было что.

В главном зале собралось столько гостей, что конюшни Азобора едва вместили всех лошадей. Слуги готовили без перерыва, и весь дворец пропах запахами, от которых кружилась голова. Прибыла даже невеста Домира, халкхийская княжна с лицом нежным, словно первоцвет.

Собравшись, Ивлад по привычке заглянул на балкон. Тучка увязалась за ним. Теперь Серебряный лес ещё лучше виднелся из дворца: должно быть, выросло несколько сотен новых деревьев, так что Стрейвину хватит напитать силами не одно поколение колдунов.

– Ты посмотри, сколько же их…

Он потрепал борзую по ушам и указал ей на нарядных гостей, поднимающихся на главное крыльцо. Тучка только вильнула хвостом, ничего не понимая.

– Ладно. Идём.

В зале выставили дюжины длинных столов, и слуги с трудом протискивались между скамьями, держа над головами блюда со снедью. На Ивлада налетела Нежата: ослепительно красивая, в праздничном кокошнике и белоснежном платье, сплошь расшитом жемчугом. Длинные рукава струились за ней, как снежные вихри.

– Золоточек, собираешься дольше, чем невеста!

Ивлад поцеловал её в румяную щеку. Нежата залилась счастливым смехом и обвила его шею руками.

– Уж думал ли ты когда-нибудь?..