Мое тело от кончиков пальцев на ногах до подбородка покрывается плотными хитиновыми пластинами иссиня-черного цвета. В этот момент молнии набрасываются на меня, и я зажмуриваюсь, ожидая, что они будут целиться в лицо. Но поверх него лежит тонкая прозрачно-перламутровая маска. Я запечатываю дым в легких, а камень в своей ладони. Я чувствую, я слышу, как он трепыхается и рвется наружу. Но никто не может сбежать от меня сейчас, как и пробиться внутрь.
От этой силы тело мое трепещет. Я способна на что-то большее, чем созерцание пустых стен и заучивание молитв.
Отгородившись от внешнего мира, я полностью погружаюсь в зеленый туман, позволяю ему окутать меня. Силоцвет является ко мне в образе человека с всклокоченными зелеными волосами, в которых то и дело мигают зубчатые молнии. Его кожа бледна, а губы скривлены в усмешку. Не нравится мне эта ухмылочка.
Я тоже улыбаюсь и, чуть вздернув подбородок, мысленно отталкиваю его от себя, и мы оба выпадаем в Сферу. Он удивленно озирается по сторонам. Теней нигде не видно, лишь безликая пустошь простирается до самого горизонта. Стоит мне назвать нужные имена, и из песка вырастают мои подручные.
– Аракх, Борос, Гектида…
– Приветствуем, госпожа.
– Этот камень решил доставить мне неудобство, – говорю я, и тело мое само опускается на… трон. Он взялся из ниоткуда. Лишь какой-то малой частицей сознания я понимаю, из чего он сделан. Трон из черепов и костей. Кому они принадлежали? Сейчас я знаю – если захочу, то могу увидеть. Но я не хочу.
– Мы поняли, госпожа. – Троица кланяется. Их одежды – белые, красные, черные – развеваются на призрачном ветру. Мои защитники поворачиваются к зеленоволосому, губы которого кривятся все больше.
– И что, трое на одного? Нечестно!
– Втираться в доверие к невинным девочкам тоже нечестно, – отвечаю я.
– Девочка! Да ты чудовище! Если б я только знал…
Договорить он не успевает: Паук, Скорпиониха и Змей с накопившейся яростью набрасываются на него с трех сторон. Зеленый силен, но мои помощники не отстают.
В Сфере я становлюсь кем-то другим. И от этого мороз по коже.
– Довольно! – произношу я, поднимая ладонь. Она еле заметно вибрирует. – Ты сдаешься?
Зеленоволосый падает передо мной на колени, и в этот момент на меня накатывает волна самодовольства. Ирис, запрятанная глубоко внутри, содрогается от ужаса.
– Сдаюсь.
– Тогда ты пойдешь со мной. И сделаешь то, что я скажу.
В мгновение ока мы переносимся в реальный мир. Я падаю на спину, на мокрую траву, а панцирь рассыпается шелухой. Дождя нет, молний тоже. Надо мной нависли Призрак, бабушка, Мадьес… и даже Бено. Они все здесь. И смотрят на меня как на прокаженную.
Глава 15. Правда
Глава 15. Правда
…в петле найдешь ты ответ…
Ее прятали в Малых Королевствах восемнадцать лет… Эта мысль не дает мне покоя, заставляя все больше думать об Ирис. Всех силомантов с малых лет обучают, чтобы стратумы не могли к ним даже подступиться. До сих пор в Милшторме соперничают две школы – варров и магов, или, как они себя иногда называют, чарров. Быть учеником школы – это прежде всего престиж, но никто не скрывает силу.
И мало кто действительно встречался со стратумами. Для многих они и вовсе не более чем вымысел, как, похоже, и силоманты для жителей здешних земель. Они пребывают в неведении, совсем как Ирис.
Возможно, моя встреча с Корто Бланшем не такая уж и случайность, и «компас» Ордена все же привел меня к нужному человеку.
Я должен был встретить Ирис.
Но вот ее отец. Последнее, что я видел, – как его забирали силоманты.
Силомант-отступник – такого ждет наказание по всей строгости закона.
Однако та тварь сказала Ирис про ее отца. И что значит это прозвище? Разрушительница? Как она связана со стратумами?
Не стоит спускать с нее глаз, не после всего невероятного, что произошло.
Призрак расталкивает всех и под восклицания деда Мадьеса и бабушки поднимает меня на руки, молча занося в дом. Лицо его напряжено, челюсть стиснута. Я крепче прижимаю к груди завоеванный силоцвет, мой трофей. Но нет… Не мой.
– Бено, – говорю я, откашливаясь. Мой голос хриплый, в горле застрял песок. Или мне просто так кажется. Я до сих пор с ужасом вспоминаю Сферу и то странное чувство, завладевшее мною. Но хуже всего – смотреть на себя со стороны и знать, что ты ничего не можешь поделать. Словно я обязана поступать так, а не иначе. Как предначертано.
– Бено! – на этот раз раздраженно. Мне не нравится сама мысль о Судьбе. – Это… твой силоцвет. На этот раз без шуток.
Королевский советник бледен, как никогда. Его лицо того же зеленого оттенка, что и огромный камень в моих руках. Он едва помещается в ладони и пульсирует, словно сердце. Бено тянет к нему дрожащую руку, но я не отдаю камень. Чего-то не хватает…
– Темпестум, – выдыхаю я – откуда только берутся эти слова? Кто подсказывает их мне?
В то же мгновение в воздухе высвечивается символ, собираясь из мельчайших частиц и проникая внутрь камня.
Камень без символа, сломанный силоцвет… И я возвращаю ему былую мощь. Я нашла ему не только символ, но и хозяина. Я…
– Благодарю, – слышу далекий голос, доносящийся из зеленых глубин камня.
На этот раз я вкладываю силоцвет в руку Бено. Странно видеть советника с такой искренней улыбкой. Но вдруг лицо его искажается, зеленые молнии бегут по рукам, добираясь до глаз. Бено падает на колени, но камень не выпускает. В его глазах пылает безумный огонь – белое, зеленое, синее пламя. Волнистые медно-рыжие волосы встают дыбом.
– Бабушка! Надо ему помочь!
– Стой, Ирис! – строго отвечает бабушка Лирия. – Теперь он должен сам. Ты и так сделала много. Даже больше, чем может кто-либо другой. Гораздо больше.
Под суровым взглядом бабушки я замолкаю. Если она силомант, то должна знать про камни все. Она ведает, что правильно, а что нет.
Спустя несколько бесконечных мгновений напряжение уходит из тела Бено, его ноги подкашиваются, и он падает на пол.
– Не трогайте его, пусть поспит, – приказывает бабушка, никто с ней не спорит.
За окном мир обретает прежние очертания. Небо проясняется, стихает. Будто и не было бури.
– Самое время пить чай, – говорит Мадьес, уходя на кухню и бурча под нос ругательства.
Я сижу в обнимку с книгой и читаю про Изумрудный Ураган – так называется силоцвет Бено. В этом камне соединены стихии воздуха и огня, что, как говорит бабушка, довольно редкое явление.
– Стихиями управляют элементали, – возмущается она, расхаживая из стороны в сторону. – Как случилось, что у нас под носом оказался силомант, да еще с такой способностью! Почему я не учуяла его?
– А должна была? – спрашиваю я, оторвавшись от книги. Меня теперь от нее за уши не оттащишь. Хочется узнать о камнях все. Интересно, а про меня она знала?