Самому себе он признавался, что просто не терпится проверить новые способности. Сможет ли видеть квисинов или хотя бы чувствовать их эмоции? А что насчёт квемулей низшего уровня, к примеру тункап чви? А магические артефакты он сможет находить? Один из которых он, кстати, лично утопил в пруду, предварительно выковыряв все нефритовые пластины, и наверняка Юнхо за это получил выговор, если не хуже.

Увидеть квисина не вышло: то ли они все попрятались, то ли способности дракона не предполагали таких тонких умений. Мингю не очень расстроился. Он вообще полагал, что эта сила – не совсем то, что он получил по праву. И в то, что является потомком не только королевского рода, но и дракона, тоже поверить полностью не мог. Одно дело – наследовать трон («ха-ха» – как прокомментировал колюче Дохён), и совсем другое – когда тебе подчиняется дракон. Да, только один – хэрён, тот самый, который подарил нефритовый пояс королю Силла. И который, судя по всему, и являлся предком самого Мингю.

Дохёна всё это откровенно забавляло. Разумеется, новый статус напарника ничуть не изменил его отношения: Дохён всё так же язвил, подкалывал, раздражался и ворчал, даже если это отнимало у него последние силы. Мингю к этому привык и однажды с долей изумления понял, что именно такого друга ему всегда хотелось иметь рядом. Конечно, он ни за что не признался бы в этом самому Дохёну.

Мингю затруднялся сказать, как ощущает отношение к нему мамы и бабушки Дохёна. Госпожа Чхве, встретив его на пороге, когда Мингю вернулся из госпиталя, обняла так тепло, что у него защипало в носу. Бабушка отметила что-то для себя и закивала с удовлетворённым видом. Вслух сказала только, что выглядит он хуже вытащенного из земли червяка и его надо откормить, чтобы найти невесту. Конечно, Мингю пытался отнекиваться, и, конечно, у него это не получилось. Сложно было спорить с госпожой Пэк.

Дохён приехал домой только через несколько дней. Мама его обняла, окинула обеспокоенным взглядом, заметив все ссадины и царапины, поохала. Дохён отмахнулся, повернулся к бабушке, которая склонила голову набок и выдала ехидно:

– О, прямо как в школьные годы. Помнишь, Ёнджи, как его однажды притащили после падения в реку? Или ещё…

– Бабушка, – прошипел Дохён, явно не желая, чтобы Мингю это слышал. Госпожа Пэк хмыкнула:

– Ой, как будто я что-то новое сказала. Иди поешь, заморыш.

Мингю не мог удержаться от улыбки, закусил губу. Дохён смерил его раздражённым взглядом и проковылял к столу, морщась и держась за рёбра. Сел напротив Мингю и пробормотал, чтобы его слышал только напарник: