Вера тихонько вздохнула. И, высвободив левую руку, прикоснулась к груди.

– Здесь, – прошептала она совсем тихо. – Он всегда был здесь.

Эпилог

Эпилог

Я открыла файл под названием «Перечень специальностей высшего образования» и в очередной раз пробежала его глазами. Специальности я выучила уже наизусть, но толку от этого было мало. Каждый раз, когда я пыталась вникнуть в перечень требований, перед глазами вставали голубоватые стены студии и Тёма, лежащий на полу.

Я зажмурилась. Сосредоточься, Вера. Соберись. Попробуй оттолкнуться от экзаменов. Русский и математика остались обязательными – с ними ты как-нибудь справишься.

Справилась же с Тёмой.

Я пролистала профессии. Менеджер звучит достаточно нормально. Но туда нужна история, а из дат я помнила разве что Куликовскую битву. Для юриста тоже нужна история. Лингвист-переводчик уже проще, там предлагают сдать литературу. Перечитать книги из школьной программы я как-нибудь смогу. Но лингвист-переводчик – это же филолог, верно? Костя тоже был филологом. Интересно, что бы он сказал?.. Наверняка что-то про мое личное кладбище, которое растет с каждым годом.

Я со вздохом щелкнула мышкой, выискивая в сохраненных страницу «Английский для детей». Мама предложила найти пару школьников, чтобы подтянуть им английский. Зря я, что ли, три года провела в Америке? А нам как раз нужны деньги – она не потянет два рта вместо одного. Present Simple, Present Continuous, Past… Я закрыла ноутбук. Кого я обманываю? Даже если бы я сносно знала язык, нельзя подпускать меня к детям на пушечный выстрел.

Нужно было Антону все-таки выстрелить в том подвале.

Я провела рукой по лицу, прогоняя видение, и уставилась в окно. Там лениво расцветал август, утопая в аромате поспевающих яблок. Последние две недели погода не менялась. Пару раз накрапывал дождик, но ветер не поднялся даже немного. Похоже, Юля и правда больше не управляла погодой, и мир от этого не сгинул и не схлопнулся, а просто тек себе дальше по ленте времени, как сотни лет назад.

Я медленно вздохнула и привычным движением поправила повязку под кофтой. Рядом завибрировал телефон. Сообщение было от Антона.

«Как твой бок?»

Раз в день он спрашивал, как мой бок, я – как его ухо. Чтобы он соизволил показаться врачу – хотя вряд ли веселый толстый дядька, к которому мы тогда приехали, был врачом, – мне пришлось встать в позу. Получив шесть швов и лошадиную дозу обезболивающего, я тяжело поднялась с кушетки и, опершись на дверной косяк, заявила, что не уйду, пока «этот бездушный садист» не осмотрит Антона.