Озар и Пашанг побеседовали, правда, шепотом. Пашанг выглядел… удивленным и взволнованным тем, что сказал Озар. Они несколько минут разговаривали, а потом Пашанг приказал нам спешиться.

Стражники Мансура открыли ворота и впустили нас внутрь. Мы миновали огромного каменного симурга, пристально смотревшего прямо на нас, и вошли в Песчаный дворец.

Я ждала у входа, пока пройдут йотриды. Ждала Эше. Легкий ветерок холодил плечи – такой знакомый, сладкий дух Песчаного дворца вился под потолочными балками. Я вернулась домой. Но кто знает, что здесь за враги? Может быть, шпионы узнают меня, донесут Като, схватят. Даже убьют. Нет, пока мой дом не стал безопасным, пока я не сразила своих врагов, расслабляться никак нельзя.

Наконец вошел и Эше, его взгляд был опущен вниз.

Я обняла его. Эше вздрогнул и не обнял меня в ответ. Он казался изможденным и слабым и взглянул на меня с недолгим тяжелым вздохом.

– Эше, – сказала я, сжимая его плечо, – что они с тобой сделали?

– Сира… – Он с трудом изобразил подобие слабой улыбки. – Ты похожа на безбородого мальчика.

– Постарайся язвить получше, не то очередь к твоему трону сильно поредеет.

Эше усмехнулся. Я почувствовала облегчение от того, что он воспрянул духом.

– Благодарение Лат за то, что ты здесь, Сира. Это ты их попросила спасти меня?

Я кивнула:

– Ты же спас меня, верно? Думаешь, я из тех, кто бросает друзей в беде? – Я надеялась, что совсем нет. – Скажи мне, с тобой все хорошо, Эше? Все нормально, да?

Если так, почему его губы еще дрожат?

– Я.

Он устало прикрыл глаза.

– Ничего. – Я опять его обняла. – Тебе надо отдохнуть. Я найду тебе комнату.

– Не оставляй меня одного, – сказал он. – Когда я один, я вижу его.

– Что ты видишь?

Он посмотрел на потолок с блестящими голубыми решетками и мозаикой в виде птиц.

– Я вижу яйцо.