Но кавалерия готовилась к новому натиску, и Кейлен увидел то, что надеялся не видеть больше никогда. Мир вокруг него потускнел, и по спине пробежал холодок. Прежде чем он успел криком предупредить остальных – впрочем, вряд ли бы что-то изменилось, – по воздуху прокатилась волна, ударившая по лошадям и сбившая их с ног. Лишь часть Черных Шипов сумела избежать вражеского натиска, но больше половины коней рухнули на землю со сломанными костями, а их всадники погибли или оказались под телами скакунов.

Кейлен увидел источник волны – две фигуры в черных плащах, стоявшие рядом. Юноша не заметил на них украшений, имевших форму синих спиралей, как у того существа, с которым дралейд уже сражался в Белдуаре. Но ему не требовалось заглядывать под капюшоны, Кейлен знал, что под ними: бледная кожа, тонкие губы, холодные как лед темные бездонные колодцы глаз, пожиравшие свет.

Невольная дрожь пробежала по телу Кейлена, во рту пересохло, и ему пришлось собрать все силы, чтобы не дать отчаянию овладеть своей душой. Одно из таких существ едва не прикончило их всех. Против двух сразу у них не было никаких шансов. Во всяком случае, без Эйсона и остальных.

Темнота пульсировала в руках одной из Теней, словно мрак сконцентрировался на кончиках ее пальцев. Через пару минут она уже держала в руках клинок тонкого черного огня. Такое же оружие использовала Тень в Белдуаре – нифрал. Духомеч.

– Я думал, что они сражаются за Империю, – с дрожью в голосе сказал Эрик.

– Тени не воюют за какой-то народ, – прошипела Аркана, прищурившись и глядя на двух существ. – Они служат Эфиалтиру. И никому другому. Они его герольды. Впрочем, я впервые вижу, чтобы они противостояли Лории.

Пока Аркана говорила, другое существо отступило назад из гущи битвы. Оно походило на арака. Длинное серо-серебряное одеяние без рукавов, жесткая кожа. Голову украшали два коротких рога, утыканных колючками, глаза испускали алый свет. В правой руке чудовище держало длинный деревянный посох со сверкающим красным самоцветом наверху, который удерживали изогнутые ветки дерева. Черное лезвие продолжало нижнюю часть посоха, и оно намокло от крови.

Несколько мгновений тварь стояла и не мигая смотрела на Кейлена и остальных. А затем чудовище сделало то, чего дралейд никак от него не ожидал и через тысячу лет. Оно заговорило.

– Ты… осмелилась… привести… еще одного… – Слова твари перекрывали грохот сражения, поднимались над хаосом и каким-то необъяснимым образом усиливались.

Голос звучал хрипло и прерывисто, словно каждое слово причиняло языку боль. После небольшой паузы тварь глубоко вдохнула и заговорила снова: губы слегка приподнялись, обнажив желтые зубы.