Он огляделся по сторонам и увидел страсть в глазах Лирина и Ардена, когда они вместе с остальными выкрикнули ответ на вопрос Вератина. И пусть они очень молоды, но Каллинвар не сомневался, что они готовы отдать жизнь за мужчин и женщин, стоявших рядом с ними.

За Вератином открылся Разлом, он рос, пока не достиг двадцати футов в диаметре. Его черная, покрытая рябью, подобно воде, поверхность испускала энергию, а внешняя граница отбрасывала яркий зеленый свет на камни.

– Долг сильных – охранять слабых, – сказал Вератин.

– Долг сильных – охранять слабых, – крикнул Каллинвар, присоединяясь к хору остальных рыцарей.

– Боль есть дорога к силе, – продолжил Вератин.

– Боль есть дорога к силе.

Каллинвар почувствовал толчок в левое плечо, повернулся и увидел, что на него, подняв бровь, смотрит ярко-голубыми глазами Руон. Каллинвар чуть наклонил голову в немом вопросе. Руон почти незаметно пожала плечами.

– Я все еще думаю, что у тебя речи получаются лучше, – сказала она.

Каллинвар, прищурившись, посмотрел на нее, не зная, как реагировать. Эту женщину никогда не интересовало, какие слова бывают правильными, практически ни в одной из ситуаций. Но потом, вопреки инстинктам, улыбнулся.

Руон ответила на его улыбку и еще раз слегка толкнула его в плечо.

– В бездну и обратно, – сказала она, кивая головой, а потом повернулась к Вератину.

В бездну и обратно.

Между тем Вератин повернулся лицом к Разлому, и на голове у него сформировался темно-зеленый шлем охраняющих доспехов.

– За Акерона!

Яростный рев остальных рыцарей стих в ушах Каллинвара, все звуки в зале смолкли, их перекрыло гудение Разлома, которое отозвалось во всем его теле. Узелки страха затянулись у него внутри, когда он посмотрел на черную рябь, повисшую перед ним в воздухе. Только глупец не боялся в момент атаки на врага, а Каллинвар никогда не считал себя глупцом.

Вибрации сердца Каллинвара звучали, как удары боевого барабана, заставляя его идти вперед. А затем, прежде чем он понял, что происходит, он бросился вперед вместе с братьями и сестрами, облаченными в зеленые пластинчатые охраняющие доспехи. Боль есть дорога к силе.

Тело Каллинвара содрогнулось, когда он шагнул в ледяные объятия Разлома.

Черная жидкость окатила его, просочилась сквозь доспехи, кожу и кости, потянувшись к душе. Так продолжалось всего мгновение, но в Разломе время таково, что у тебя возникает ощущение, будто прошла вечность, хотя ты успел всего один раз моргнуть.