– Я… выпущу… вашу… кровь… у всех.

И, не дождавшись ответа, чудовище взмахнуло посохом и издало ужасный низкий рев, от которого у Кейлена заложило уши. Самоцвет на посохе вспыхнул, алый свет стал ярче. И по мере того как камень сиял все сильнее, полосы огня обвились вокруг дерева, мерцая на ветру. А потом арак атаковал, и Тени сопровождали его с двух сторон, точно змеи.

Глава 54. Воин

Глава 54. Воин

Каллинвар наклонился, чтобы отломить ломоть жесткого хлеба, намазал его маслом и смочил остатками свиной подливки. С усталым вздохом он забросил кусочек пропитанного соусом хлеба в рот и закрыл глаза, чтобы насладиться вкусом.

– Я лишь хочу сказать, – продолжал Лирин, откинувшись на спинку стула и широко раскинув руки в стороны, – что, если бы ты меня не обманул, я одержал бы победу.

– А я тебе отвечу, – парировал Арден, – что если бы ты не проиграл, то победил бы.

Таррон, Руон и Илдрис расхохотались, закинув головы назад и похлопывая Лирина по плечу.

Каллинвар был им искренне благодарен за подобные вечера, те редкие случаи, когда его братья и сестры могли хотя бы на время забыть о смертях и крови. Такое случалось редко. На самом деле, он сейчас не мог вспомнить, когда происходило в прошлый раз.

Огорчало лишь то, что остальная часть отряда не могла насладиться этим вечером. Сильвен и Миркен отправились помогать городам на севере Побережья молний, а Варлин и Дейнин изучали Порчу у подножия гор Марин.

– Я предлагаю вам повторить поединок, – заявила Руон, продолжавшая смеяться. Что бы ни случалось, Руон всегда находила повод для смеха. Каллинвар никогда не переставал восхищаться ее удивительной способностью к юмору. – Я готова поставить завтрашний рацион на Ардена. Илдрис, ты готов принять мою ставку?

Илдрис поднял обе руки.

– Я бы предпочел поесть, большое тебе спасибо, – ответил он.

– Ладно, ладно! – воскликнул Лирин. – Давайте все успокоимся, хорошо?

Раздались новые раскаты смеха, но он смолк, когда послышался шум распахнувшейся двери в кухню, которая с силой ударилась о каменную стену.

Глаза Каллинвара широко раскрылись: он увидел стоявшего в дверном проеме Гроссмейстера Вератина, полностью одетого в пластинчатые охраняющие доспехи с золотой отделкой. Лишь голова оставалась непокрытой.

– Что случилось? – спросил Каллинвар, поднимаясь на ноги.

– Я почувствовал еще одно проявление Порчи, – мрачно сказал Вератин. – И оно едва ли не самое большое за долгое время.

– Где? – спросил Каллинвар.