И, стоя на берегу этого продуваемого всеми ветрами озера, Карна вскинул руку:
– Рад снова видеть тебя, Савитр. Это ведь ты так укутан? Сколько прошло, три года?
– Так много? А мне казалось, что я был здесь всего несколько часов назад. Я все еще нахожу странным, что я тебя не напугал.
– Ничто не способно меня напугать! – смело ответил Карна.
– Это вызывает беспокойство, друг мой. Страх способствует здоровью. – Голос Савитра Лайоса был полон таинственности. – Ты выглядишь несчастным. Что тебя беспокоит? Я думал, что лук сделал тебя счастливым.
Карна много раз спрашивал Савитра, почему его так волнует судьба простого сына возницы. Ответ всегда был один – молчание. На этот раз он указал на татуировку решта на своей шее и вздохнул:
– Я проиграл. Попробую снова при следующем рождении. – Взяв круглую щетку, он принялся чистить лошадей, пряча слезы в гривах.
– Опять ты об этом, – сказал Савитр. – Тебе не нужен учитель, чтобы быть счастливым, Карна.
– Мне нужен учитель, чтобы быть лучшим. Стать победителем. Я стану счастливым, лишь добившись этого.
– Поверь мне, нет ничего хуже в мире, чем достигнуть того, чего ты хочешь.
– Почему ты не хочешь научить меня?
– Ты знаешь, что я не очень разбираюсь в оружии. Я научил тебя тому немногому, что я знал о луке. И я никогда не буду тебя учить, как стать лучшим в применении насилия.
– Не в применении насилия, а в защите! Лучшим в том, чтоб был достигнут мир! В том, чтоб я мог требовать равенства!
Савитр, казалось, на мгновение задумался, затем пробормотал:
– То, что было сделано во имя мира… – Казалось, мысли его были далеко. Карна никогда не прерывал его, когда Савитр погружался в размышления. Наконец он сказал: – Я знаю, чего ты хочешь, друг мой. Но, Карна, это не то, что тебе действительно нужно.
– Ты понятия не имеешь, что мне нужно! – Сердито раздув ноздри, Карна отвернулся от Савитра.
– Да… и это ничем не отличается от того, что в
– Тогда возьми меня с собой, куда бы ты ни пошел, – руководствуясь внезапным порывом, выпалил Карна. – Отведи меня туда.