– У нас есть свои способы, – сказал Карна. Оставалось лишь надеяться, что он, спасая жизнь Савитра, не поставил под угрозу жизни рештов, использующих катакомбы. Если секретный выход будет найден, это поставит под угрозу жизнь всех будущих рештов-заключенных.

– Итак, ты дэв. Древний враг человека.

Савитр остановился. Повязка ослабла и размоталась, так что он явил миру свое настоящее лицо – белое как снег. Томатная мякоть стекала со щек. Он кивнул.

– Я говорил тебе, что время, проведенное в Меру, заставит тебя возненавидеть меня.

– Почему ты не сказал мне? Я думал о тебе, как о посланнике Богов, пришедшем в ответ на мои молитвы. Я не знал, что ты и твои сородичи спустились в наш мир, чтобы насиловать наших женщин и порабощать нас.

Савитр вздохнул:

– Все не так просто, Карна, и в твоем мире, и, конечно, в моем. Ты этого не поймешь.

– Не пойму чего? Что дэвы – развратники, следующие за зовом своих чресел и не способные держать свой уд в штанах? Я это прекрасно понимаю. Но чего я не понимаю, так это то, почему ты здесь. Очевидно же, не для того, чтобы встретиться со мной. И что ты имел в виду, когда сказал господину Шакуни, что «это грядет»?

Савитр считал себя хитрым, но Карна научился читать его лицо, как одну из своих любимых книг по стрельбе из лука, и то, что он читал на его лице сейчас, было страхом и отчаянием. Карне показалось, будто что-то изменилось. Воздух внезапно стал холоднее. Они шли в тени зеленых гигантов, и птицы срывались с ветвей и улетали прочь. Путников преследовал странный навязчивый запах. И запах этот был знаком. Так пах Савитр Лайос. И теперь этот запах чувствовался впереди. Они были не одни.

Блеснули глаза других дэвов. По затылку Карны скользнул холодок страха. Но даже нарастающий ужас мало помог заглушить инстинктивно возникшее раздражение, сродни тому, что чувствует заяц, когда его замечает леопард. Воздух вокруг казался сырым и зловонным. Теперь Карна мог воочию увидеть дэвов. Создания Света вышли из темноты леса, на их серебристо-белой коже сияла кровь.

Женщина-дэв с блистающими прямыми светлыми волосами появилась в поле зрения примерно в сорока ярдах от них, запрыгнула на ветку и сейчас балансировала на ней, стоя на носках. Она заметила Карну, и ее янтарные глаза сверкнули, а полные губы растянулись, обнажив пару клыков. Она словно соткана из эфира.

– Пусть твоя ночь будет светлой, Райт. – Савитр Лайос приветствовал женщину-дэва на санскрите.

Присев на ветку, она коснулась ее кончиками пальцев, ее тело изогнулось, и она словно взмыла в воздух. Ее фигура превратилась в темную кружащуюся тень, которая затем грациозно приземлилась на землю, внезапно замедлившись, словно была удерживаема невидимыми нитями.