Лодка ткнулась в каменистый берег между прядями ив. Здесь уже был один челн, наполненный водой, с прорубленным топором бортом. Ясон выкарабкался на берег, вытащил за собой лодку и привязал ее. Земля кругом полнилась звуками: не голосами, а низким звериным ворчанием и тяжелой поступью машин. В ночном небе — ни просвета.

Он сам не знал, чего ждет на другом берегу, рассчитывал только, что Медея где-то рядом. Он отстегнул пояс с мечом, закрутил ремень вокруг ножен и понес оружие так, чтобы его трудно было обнажить. Он нашел мокрые листья и стер грязь с сапог. Он задумался, не снять ли один из них, чтобы в одном сапоге встретить то, что ожидало его.

Он немного задержался на новом берегу, разглядывая покалеченную лодку и гадая, кто приплыл на ней. Посмотрел на далекие костры, вслушался в непостижимый мир.

Прирос к месту!

Хватит!

Он привел себя в порядок, омыл кожу прохладной водой и стал подниматься по узкой тропе, пока не вышел к строению из дерева и камня, внутри которого горел костер. Не храм и не святилище, а маленькое уютное пристанище, сквозное, позволяющее пройти дальше, но безопасное, способное защитить от звезд и от дождя: укрытие с темными комнатами в глубине грубых стен.

Он прошел к дальнему выходу. Перед ним распростерлась земля Урты с мерцающими огоньками и тайным движением. Ясон на миг перестал понимать, где находится: ему мерещилось, будто перед ним горы, но сквозь их склоны видны были костры и звезды. Горы словно выцвели, и на их месте проступили холмы, леса и костры.

Если он и готов был шагнуть в открытую ночь, то замешкался, и в этот миг колебаний голос сзади шепнул:

— Вернись. Не ходи на ту сторону.

Голос принадлежал Медее.

Теперь он увидел ее, в черной одежде, с бледным лицом. Она, как призрак, скользнула в темный проем, и он услышал ее торопливые шаги.

Он погнался за ней и оказался в темном коридоре, вымощенном скользкими плитами. Стены покрывала слизь, словно сочившаяся из трещин между камнями.

— Это ход к Аиду? Куда ты ведешь меня?

Женские шаги впереди как будто запнулись. Потом долетел ее смешок, короткий и низкий.

— Не к Аиду. Мне подумалось, что хватит с тебя ада.

Она снова удалялась. На мгновение Ясон обернулся к еще видневшемуся в конце прохода свету. Но усталость и беспомощность, а в немалой степени любопытство правили им, и он пошел вперед, скользя на плитах и придерживаясь руками за стены, вдыхая несвежий воздух. Он уподобился летучей мыши: видел больше слухом и обонянием, чем глазами.

— Куда ты ведешь меня? Или это твоя месть?

И снова заминка в темноте. И снова низкий безрадостный смешок.