– Постой, – возмущаюсь я. – Моя девочка ни в чём не виновата. Всем известно, что дракон сам должен открыться, чтобы привязка началась.

Я в таком гневе, что даже забываю о правилах приличия и начинаю тыкать самому императору драконов!

Гарриард переводит на меня удивлённый взгляд и даже приподнимает бровь.

– Альгераль, в твоём королевстве не нашлось достойного мужчины, чтобы представлять твои интересы? Пришлось звать женщину?

Прикрываю глаза, считая до десяти. Это драконы, они шовинисты до мозга костей, фырчать и закатывать скандал нет смысла. Проще проигнорировать.

– Гарриард, мне кажется, ты немного заблудился, – обманчиво ласковым голосом тянет Владыка. – В своих стереотипах и пренебрежении к женщинам. Насколько я помню, во время освободительной войны наши воительницы посрамили честь не одного крылатого батальона.

За столом повисает напряжённая тишина. От ответа императора сейчас многое зависит. Он может огрызнуться, и тогда эта перепалка дорастёт до срыва договорённостей уже по союзу.

– Ха, – выдыхает Гарриард с довольной ухмылкой на чувственных губах. – Что было, то было. Мой главнокомандующий до сих пор с ужасом вспоминает ваших ночных ведьм. Такие кошмары на его ребят навели, очередь в отхожие места из лагеря выходила!

От меня не укрывается, как уголок рта Владыки дёргается в довольной усмешке.

И неожиданно для нас обоих мы с Алдертом одновременно выдыхаем. Фу-у-ух!

– Да не дёргайтесь вы так. – Откинувшись на спинку стула, Гарриард вальяжно скидывает камзол, оставшись в одной вроде бы просторной рубашке.

Но на мощных руках императора она готова вот-вот треснуть, будто Гарриард взял её с чужого плеча. С обладателя более худых рук и более основательного пузика.

– Ривейла, выйдем на минутку? – сбоку доносится шипящий шёпот Фрёиста.

– Зачем? – Я с трудом отвожу взгляд от хищно двигающегося Гарриарда и в искреннем недоумении смотрю на ректора. – Нам же вроде бы проблему решать надо не между собой, а с нашими гостями?

И только вглядевшись в глаза Алдерта, понимаю, что он попросту ревнует. Моим вниманием целиком и полностью завладел император, что не по душе Фрёисту!

Забавно.

И так же, судя по искрящимся лукавыми искрами глазам Владыки, думает и Альгераль. Вот же хитрец, теперь я понимаю, почему на переговоры вызвали именно меня. Владыка попросту сбивает сосредоточенность драконов на деле. Вот же продуманный манипулятор!

– Потом поболтаете, – тем временем обрубает император и цапает тыквенный пряник из плошки. – Сначала дело, потом любовь.

– Тут вынужден согласиться, – вступает в разговор Альгераль. – У меня времени в обрез, во дворце только Длань знает о моём отбытии.

– Аналогично, – кивает Гарриард и обращается к Алдерту: – Мне тоже надо спешить. Волнения из-за предстоящего подписания договоров усилились. Не все довольны союзом

Штормовые глаза Маврилика сужаются, когда он переводит взгляд на меня и Владыку. То, что император драконов не скрывает истинной обстановки дела, внушает уважение. Это говорит о высоком уровне доверия к нам, официальным представителям альв на этом дипломатическом междусобойчике.

– Поэтому я против разглашения детям тайны привязки и истинности, – продолжает Гарриард таким тоном, будто припечатывает.

– Но… – тут же возникаю я, но осаживаюсь под тяжёлым взглядом Альгераля.

– Я тоже против, – кивает Владыка. – Альвы в большей безопасности, пока драконы не знают, как сформировать привязку.

– Но хотя бы принцессе с принцем расскажите! – Я умоляюще смотрю на мужчин, никак не понимая, почему они противятся. – Им-то можно.

– Не уверен, что мой Арм не растреплет своим близким дружкам. – Гарриард задумчиво поглаживает короткую бородку. – А там вступает в дело принцип «что известно двоим, то известно всем».

– Да и Мирра, хоть она и на порядок ответственнее твоего сыночка, – Альгераль не упускает случая поддеть императора, – обязательно поделится секретом с подружками. И если за Кару я спокоен, то вот эта Лери может из протеста принудить какого-нибудь бедолагу попробовать привязку.

На словах о ночной альве взгляд Владыки темнеет, но я не могу понять, какие эмоции при этом бурлят в Альгерале. По смыслу получается, что о Валейт наш вседержитель невысокого мнения, а вот поведение говорит о другом. Очень странная реакция.

Но что меня искренне забавит, так это уверенность Владыки в Каре. Да, наша единственная альва Жизни должна была беречься больше всех, но по иронии судьбы сейчас именно она оказалась под ударом. Под который попала по банальному незнанию важной информации!

– Кара и есть та альва, у которой появились признаки привязки, – уставившись в стол, бормочу я.

Краем глаза замечаю, как крошится пряник в руках Альгераля, и он, ругнувшись, берёт новый. Нервно откусывает кусок и смотрит в сторону.

– Что-то не так? – почуяв неладное, переспрашивает Гарриард.

Его цепкий взгляд прыгает с Владыки на меня, но я молчу. Даже под страхом смерти я не выдам тайну Кары. По пакту перемирия мы были обязаны присылать всех рождённых альв Жизни в драконью империю. Но с каждым годом их рождалось всё меньше и меньше, поэтому вскоре драконы смирились с тем, что обязательную дань они больше не увидят.

И если сейчас вскроется, что Владыка столько лет нарушал пакт, то союз обречён. Такое вероломство даже отходчивый Гарриард не простит.

– Не так, – глядя в сторону, эхом вторит Альгераль. – Кара – самая близкая подруга моей дочери. Если привязка ещё не закрепилась, её надо разорвать.

– А если уже установилась?

С трепетом в сердце жду ответа Владыки. Если привязка уже есть, ему проще убить Кару, чем признаваться в собственном просчёте.

– Если установилась, то поженим их, – хмыкнув, отвечает император и с видимым удовольствием вгрызается в пряник. – М-м-м, вкусно. С чем это?

– С тыквой, ваше величество, – машинально выдаёт Алдерт и потом так же тихо добавляет: – С нашей стороны попал Рейв.

Гарриард тут же закашливается, бьёт себя в грудь и с выпученными глазами смотрит на Фрёиста.

– Ты шутишь?

– В чём дело? – тут же подбирается Альгераль, хищно оглядывая драконов.

– Ни в чём! – в один голос отвечают они, но я по глазам Алдерта вижу: врёт.

– У Рейварда свои династические обязательства, ему привязка к альве сломает всю жизнь, – пытается объяснить ректор, старательно удерживая на лице невозмутимое выражение.

– Знаешь что? – Прищуриваюсь на Алдерта, отчего он опускает взгляд. В сочетании с его молодой внешностью это выглядит совсем по-мальчишески. – Пойдём, проверим, что с нашим заказом. А господа правители пока обсудят все нюансы предстоящего решения.

– Но мы ничего не заказывали, – возражает Алдерт.

– Вот и закажем! – впервые рявкаю я.

Терпеть не могу говорить на повышенных тонах, но разговор совершенно очевидно идёт не так, как надо. Мы недоговариваем, но и драконы что-то умалчивают.

Поднимаюсь и размашистыми шагами направляюсь в общий зал. По пути чуть не спотыкаюсь о бабушку Лалу, которая, пританцовывая, напевает:

– Всё могут короли, всё могут короли… Но шкурку они свою спасти не могут порой.

Что-то тревожное чудится мне в этих строчках, и я притормаживаю. Смотрю вслед безумной старухе и пытаюсь понять: что же не так? Как предчувствие скорых неприятностей разлито в воздухе.

– Чего замерла?

На меня налетает Алдерт, разом отвлекая от наблюдения за посетителями и возвращая к той теме, которую и хотела обсудить с ректором.

– Что вы недоговариваете? – зашипев, я разворачиваюсь к Алдерту, оказываясь с ним нос к носу.

В тёмных глазах вспыхивает целый каскад эмоций – от лёгкого испуга до вполне понятного интереса. С раздражением понимаю, что краснею в ответ на его чувства.

Но как сказал император? Сначала дело, потом любовь. Пускай о последней и речи идти не может.

– А вы о чём? – Фрёист, подхватывая меня за локоть, выводит из арки, в которой мы застряли. – Только не надо отнекиваться, что никаких секретов нет. А ну, рассказывай, где виверна зарыта.

– Сначала ты. – Мы останавливаемся возле стойки, и я с вызовом приподнимаю подбородок.

– То есть секрет всё же есть. – Алдерт понятливо кивает, а я готова отвесить себе подзатыльник.

Так легко попасться на его удочку. Теряешь хватку, Рив!

– Я жду. – Чуть склонив голову, дракон выжидающе смотрит на меня.

Но ответить мне не дают. Рядом с громким «Пуф!» испаряется сидящий за столом гвардеец из пограничного легиона альв. А на его месте появляется крупный хомякоподобный зверёк. Пепельная шкурка и вопль «Что происходит?!» не оставляют сомнений, что это бывший альва.

А затем, как по цепочке, по залу раздаются хлопки, а в воздух поднимаются искрящиеся клубы дыма.

Через секунду общий зал наполняется паническими криками. Все обращённые вопят тоненькими, вызывающими истеричный смех голосками.

– Какого хрена?! – Алдерт оглядывается, стараясь не наступить на мечущихся в ужасе хомяков.

Я осматриваю столы, за которыми сидели бедолаги, и замечаю то, что заставляет меня рвануть в соседний зал.

Плошки, в которых лежат крошки тыквенных пряников!

Глава 3

Глава 3

– Не ешьте!

Но уже поздно. За нашим столиком, а точнее на нём, сидят два особо крупных хомяка. Сидят и орут друг на друга, обвиняя в своём превращении.

– Что… – следом залетает Алдерт и в шоке замирает на пороге, – это?

– Да, Владыка и император! – рявкаю я, оглядываясь по сторонам и оценивая обстановку.