— Нас четверо — сказал Глеб, — сторожим по шесть часов. Я первый.

Он положил на пол рюкзак, снял куртку, ботинки, прошёл к окну, отодвинул штору и сел на подоконник.

— Я приготовлю что-нибудь — сказал Вася и направился на кухню.

— Я с тобой.

Видимо, ремонт на кухне был недавно закончен. Новая мебель сияла чистотой, кафель был девственно белым. Но стола не было — собрать его не успели. У стены стояла столешница и отдельно четыре ножки каждая в пластиковой обёртке.

— Давай я стол сначала соберу? — сказал мне Вася.

— А я картошку пока почищу…

Вася принялся снимать полиэтилен с ножек.

— Ой, у неё нет картошки.

— Да неважно, можно просто сделать бутерброды. В Чащобе еда больше ритуал, чем необходимость.

— А если ты соберёшь стол в Чащобе, в реальности он тоже соберётся?

— Скорее всего нет. Но собирать его ей будет легче. Например, у нее на самом деле нет сил вот так завинитить… — И Вася с силой крутанул отвёрткой, — но винты все равно будут докручены как надо, потому что я их уже закрутил.

— Мы как добрые домовые, — рассмеялась я.

— Мы собираемся продукты у неё съесть, так что нет.

— А у неё и нет ничего. Майонез и макароны.

— У меня в рюкзаке есть тушёнка — долетел до меня голос Глеба, — возьми, приготовь что-нибудь.

— Макароны с тушёнкой вас устроят? Глеб? Царевич?

Я выглянула в комнату — Глеб, не отрываясь от окна сказал:

— Да.

— Я не очень хочу есть — Царевич смотрел в телефон, — читаю про Селина.