Эти мысли толкали к совершенно неприличной для этих мест идее.

Я планировала открыть гостиницу. Даже название придумала — «Незабудка в заповедном лесу». Конечно, оно не претендовало на уникальность, зато сразу было понятно, что мы готовы предложить.

Переходя улочку, вымощенную белыми булыжниками, я с удовольствием бросала взгляды по сторонам. С обеих сторон тянулись трёх- и четырёхэтажные дома, выстроенные из красного кирпича. На первых этажах почти везде были яркие вывески, витрины, ухоженные цветущие клумбы, и даже прямо на тротуаре стояли небольшие круглые столики. Обычно за ними, читая вестники и попивая кофе из маленьких чашечек, сидели мужчины, ожидая своих прекрасных спутниц. Эти столики вызывали в моей душе тоскливые отголоски, которые я тут же давила на корню.

Здесь неспешно прогуливались изящные эльфы, редкие драконы, хитрые гоблины, трудолюбивые гномы, ну и, конечно, люди. В этом королевстве половина населения была именно людьми.

Четыре с половиной года назад я очнулась в теле юной Софи Баваро, — местной человеческой аристократки. Глубоко несчастной, брошенной и абсолютно точно беременной.

Именно беременность придала мне сил не сойти с ума и выстоять. Единственное, что я хорошо помнила из своей прошлой жизни, — я любила детей и всегда хотела большую семью.

Юную девушку обесчестил какой-то хлыщ, а потом, велев ей ждать, свалил в розовый закат. Она верно ждала, но когда живот уже было невозможно скрыть, в её благочестивом семействе разразился скандал. На её сторону встала только бабушка, остальные же отвернулись.

Я так и не поняла, как так получилось, что её душа покинула тело, но однажды утром в нём проснулась я.

С тех пор дни сменялись днями, и сосредоточием моей жизни стала Лили. Моя любимая доченька, мой свет, мой смысл жизни, та, ради кого я готова перевернуть весь мир, но сделать её счастливой.

Крутанув в руках кружевной зонтик, я недовольно осмотрелась. Ближе к главному гоблинскому банку движение на дорогах стало опаснее. Коляски, запряжённые лучшими лошадьми, носились в обе стороны, а извозчики громко окрикивали прохожих, стремящихся перейти дорогу. Это был рискованный аттракцион. Регулировщики стояли только на главных дорогах, у основных сооружений. К примеру, у торговой палаты и палаты лордов.

Когда я уже приготовилась проскочить перед плетущейся каретой, меня бесцеремонно окрикнули:

— С дороги! — громкий голос над моим ухом и сильные руки на талии, моментально вздёрнувшие меня вверх, порядком испугали. Исполин на лошади ловко передвинул меня, а потом поскакал дальше в открывшиеся ворота, за ним следом на всём ходу проскочили ещё несколько всадников и карета. Чёрная, как смоль, без единого опознавательного признака, запряжённая четырьмя антроцитовыми конями.