— Но когда? — Митя смотрел прямо в чёрные, как ночь, глаза ведьмы, и ком стоял в горле.

— Этого ни один целитель вам не скажет, — вздохнула та, отводя взгляд. — Может, завтра. А может, через десяток лет. Ну или никогда. И такое может быть, сами понимаете.

— Понимаю, — согласился Митя, хмурясь. — И что же мне теперь делать? Как жить?

— Ну, милок, жить как жили, — Клара Захаровна подошла и похлопала его по плечу. — Вернётесь в Крещенск, у вас ведь там дом, друзья… найдёте себе работу из обычных. А нет — так пенсия по инвалидности у департамента приличная, думаю, на жизнь хватит. А там, глядишь, женитесь да и позабудете о зеркалах, как о страшном сне.

— Да уж, я жених что надо, — съёрничался Митя, трогая свежий шрам, превративший левую половину лица в неподвижную маску. — Невест — очередь!

— Не во внешности дело, — оборвала его ведьма. — Разве за это мы любим других? За румяные щёки да ясные глазки?

— Нет, конечно, — согласился маг. — За уродливость и беспомощность.

— Вы, Дмитрий Тихонович, отнюдь не беспомощны. Можно сказать, с честью вынесли столько ударов судьбы, что многим и не снилось. Так что не прибедняйтесь. — Клара Захаровна прошла по кабинету и, остановившись подле книжного шкафа, добавила: — Я уверена, что вы сумеете попривыкнуть и, возможно, найти удовольствие в размеренной жизни подальше от магических перепетий.

— То есть так вы видите моё будущее? — понял Митя. — Это вы сегодня в отражениях узрели?

— Я не гадалка, чтобы делать предсказания, — фыркнула ведьма. — Я целительница. И коли мы не в силах излечить тонкую материю дара, то отчего бы вам не оздоровить себя целиком? Я выпишу вам путёвку — побываете на водах или на море. Как знать, может, решите сменить климат — это тоже помогает.

— То есть уеду куда подальше, забьюсь в конуру да там и сдохну, — перефразировал её слова Митя.

Клара Захаровна гневно сверкнула очами:

— Дурак вы, Дмитрий Тихонович. А всё от того, что по молодости высоко взлетели — вот теперь так больно падать. Я же вам добра желаю. Ну, как насчёт моря? В Крыму нынче жара должна быть. Хотя и у нас не лучше… Но я уверена, вам понравится. Едете?

— Покамест магистрат не рассмотрел моё дело и не вынес окончательный вердикт, я невыездной, — напомнил Митя, поднимаясь со стула.

— Долго тянут, заразы, — скривилась ведьма. — Не люблю всю эту бумажную волокиту. — Она ткнула пальцем в потолок. — Будто нарочно таких вот лодырей набирают. В любом случае учтите: едва озвучат решение, так мигом ко мне — и с путёвкой в новую жизнь. Да, милок?

— Как скажете, — отозвался Митя и, откланявшись, покинул ведьмин кабинет.