И ноги тоже.

И главное, из носа лилось… лилось.

– Возьми. – Седой протянул платок. – Ты как себя чувствуешь? Голова болит? Кружится? Может, врача позвать?

Беспокойство его было вполне искренним.

– Спасибо. Я… живучий. – Александр платок все же взял. И прижал к носу. Оно-то, конечно, кровью не изойдет, уже останавливается, но зачем обижать хорошего человека.

– Все равно. Это было неразумно. Идем. Тебе надо посидеть. Могу отправить кого из своих ребят за руль.

– Да нет…

– С сотрясениями не шутят. – Седой нахмурился. – Вопрос безопасности.

– У меня и руля-то нет… а конь умный, дорогу знает, – пошутил Александр, но под укоризненным взглядом сник. – Фингал, наверное, будет.

– Даже два, – успокоили его. – Слева и справа. Симметрично получится. Но можно чего холодного приложить.

Слева.

И справа.

А Аленка добавит, когда узнает… почему-то стало невероятно стыдно, будто это он, Александр, драку затеял. И рубашку опять же испортил.

Ценную.

Исторически реконструированную. Спереди вон в бурых пятнах крови. Сзади – в мусоре, траве и прочем…

Александр посмотрел на Глыбу, который все еще лежал, уткнувшись носом в землю. Надо ли проверить, живой ли… а то вдруг да… Нехорошо получится. Глыба хоть и сволочь, но не настолько же, чтобы вот так убивать.

Впрочем, над телом уже склонился секундант Глыбы.

– Дышит…

– Водичкой, может…

– Не надо, пусть полежит. Ему оно полезно. А то еще дурковать начнет. Парень… – Мужик разогнулся. – Дело, конечно, твое, но вот…