– Совсем. Это дерево… оно в какой-то мере разумно. Его не обманешь, скажем, взяв заложника и подведя к двери. Угрозами там жизни… оно ощутит все это… и дверь закроется.

– Интересно… – Император хлебал кипяток и не морщился. – Очень интересно… Откуда Свириденко знает об этом?

– Понятия не имею, но… выходит, что знает?

И наверное, хорошо, наверное, не знай он об особенностях, точно рискнул бы захватить дом…

– Остается мелочь. – Император глядел серьезно, но налившиеся лиловым цветом фингалы несколько сказывались на торжественности момента. – Понять, что делать там… Какие будут предложения?

– Ну… – Бер завис немного. – Адвокаты будут… там и Вед дернет, и Ванька вон эльфийского посла порадует… силовая поддержка тоже есть. Если нужно, лягу, но никакого урода не пущу… Если что, то войну небольшую Волотовы потянут.

Император подавился чаем, призадумался и пожал плечами:

– В принципе… мне еще полчища врагов повергнуть надо… я голову ломал, где их взять-то…

– А с гробом что? – Иван прислушался к себе, пытаясь понять, не помешает ли врожденный эльфийский пацифизм участию в маленькой войне.

Пацифизм молчал.

Желание дать в морду тому, кто устроил вечернее представление, никуда не делось.

– И с Василисой… Вельяминовой… хотя бы с нею? Оптимально бы двоих вытащить… как-то… как?

Стало тихо.

Идей не было. И у Ивана тоже… бабушке он позвонит. Если эльфы принимали участие в создании этой штуки, то должны знать, как убрать эффект окаменения… если его вообще можно убрать.

Но…

Ответят ли?

Да и в целом: одно дело раньше, и другое – сейчас, с политикой глобального невмешательства… И справится ли Иван сам? Без помощи?

Способен ли он хоть на что-то без помощи?

– А… – раздался голос Бера. – Давайте дядю позовем? Его?

И на Ивана указал.