И стало вдруг так хорошо, спокойно. А потому второй стакан Иван выпил уже с радостью… и не только он.

– …А то у нас тут тоска смертная. Даже морду набить некому… Раньше хоть в Конюхи на дискотеку ездили, но теперь не рады…

– У вас своя дискотека! – радостно произнес Мишка, почему-то обнимая Ивана. – И покруче… Слушай, а давай…

…В ушах совсем зазвенело.

И кажется, это был не гитарный перебор, а что-то совсем-совсем иное. Главное, у третьего стакана… Или рюмки? И можно ли рюмки считать стаканами?

Но привкус появился изумительный.

Круче, чем у текилы.

Иван об этом и сказал…

– Так… твоя ж конопля! – ответил Сабуров с гордостью. – Я у Аленки одну баночку ее настойки, которая укрепляющая, взял, в самогон батин долил. И конопли допихал. Утречком еще. Жаль, что настояться толком не успела…

– К-конопли? – Мишка протянул стакан. – Тогда надо выпить… И какая на хрен текила! Аромат хлеба! Живой. И еще вот один раз я ром пробовал, настоящий, яванский…

– И чего?

– Да херня полная! Вот самогон – это…

Подумалось, что пить самогон, смешанный с травами и настоенный на конопле, – так себе идея… с точки зрения здравого смысла.

Потом подумалось, что здравый смыл немного запоздал.

А так…

Конопля, она ж своя. От нее плохо не станет.

– Слушай… Вань… а вот скажи, на хрена эльфам такие патлы? Неудобно же ж… – Мишка провел рукой по своей бритой голове. – И не понятно, если со спины, как разобрать, баба или…

Аэна держала в руке флакон.

Темное стекло.