— У всех нас не было выбора, — сказал пожилой мужчина с седой бородой. — Мы выбрали прятаться, ты выбрала служить.

— Я выбрала выжить и дать шанс другим. — Я сделала ещё шаг вперёд. — Вчера я и трое других техномагов спасли три деревни от огненного источника, который грозил их уничтожить. Тысячи людей живы, потому что мы сделали то, чего маги Совета сделать не смогли. Это не служба. Это доказательство. Доказательство того, что мы нужны.

— Нужны как рабы, — бросила молодая женщина с ожогом на щеке. — Как инструменты.

— Инструмент, без которого нельзя обойтись, рано или поздно становится чем-то большим. Сначала нас терпят, потом привыкают, потом не могут без нас. И тогда…

— Тогда что? — перебила она. — Нам разрешат жить, как людям? Совет вдруг передумает и скажет: «Простите, мы были неправы, давайте дружить»?

— Нет. Совет не передумает. Но Совет — это не весь мир. Есть люди, которые видят правду. Сорен Пепельный, который…

— Сорен Пепельный⁈ — Мужчина с седой бородой вскочил на ноги. — Ты произносишь это имя здесь? Перед нами? Он убил моего брата! Сжёг заживо на площади в Риверхолде!

Толпа загудела, злость, которая до этого тлела под поверхностью, вспыхнула открытым пламенем.

— Тихо! — голос Элары хлестнул, как удар бича. — Дайте ей договорить!

— Сорен изменился, — сказала я, и каждое слово давалось с трудом. — Я знаю, что он делал. Знаю, сколько наших погибло от его руки, но он видел то, чего не видели другие. Он понял, что мы не враги.

— Удобно, — процедил мужчина с седой бородой. — Палач раскаялся, и мы должны его простить?

— Не простить, а использовать. — Я выдержала его взгляд. — Он гарант. Единственный человек в Совете, который готов за нас заступиться. Пока он на нашей стороне, у нас есть шанс.

— А когда он передумает?

— Тогда мы что-нибудь придумаем, но сейчас, сегодня, у нас есть возможность. Первая за двести лет.

Долгое, тяжёлое молчание, люди переглядывались, шептались, качали головами. Потом встала женщина, которую я раньше не заметила. Старая, сгорбленная, опирающаяся на палку. Она медленно прошла сквозь толпу, и все расступались перед ней.

— Мастер Ирма, — прошелестело вокруг.

Она остановилась передо мной. Её выцветшие от возраста глаза, смотрели на меня пронзительно и долго.

— Я верю ей. — Старуха стукнула палкой об пол. — Не потому, что она говорит правильные слова. Слова любой дурак выучит, потому что она пришла сюда. Одна, без охраны, без своего инквизитора, рискнула головой, чтобы поговорить с нами. Это не поступок предательницы.

Элара долго смотрела на старуху, потом на меня и, наконец, кивнула.

— Хорошо. Будем… — Она недоговорила.

Грохот. Треск. Дверь, через которую мы вошли, вылетела с петель, и в проём хлынул ослепительный свет.

— Никому не двигаться!

Голос, усиленный магией, ударил по барабанным перепонкам, как молот по наковальне. Я зажмурилась, ослеплённая, но успела увидеть силуэты, много силуэтов, вливающихся в подвал через разбитый проём.

Боевые маги, вполном облачении, с пылающими руками, с заклинаниями, готовыми сорваться с пальцев.

— Именем Совета Магов, вы все арестованы!

Хаос обрушился на подвал, как штормовая волна. Крики, вспышки, топот ног. Кто-то бросился к дальней стене, ища выход. Кто-то поднял оружие, механизмы затрещали, заскрежетали. Магический огонь полыхнул в темноте, выхватывая искажённые ужасом лица.

Меня толкнули, я упала на колени, ободрав ладони о каменный пол. Подняла голову и увидела его. Маг в чёрной мантии с серебряным шитьём. Лицо знакомое, я видела его в Академии, кто-то из приближённых Галена. Он стоял посреди хаоса, спокойный, почти скучающий, и смотрел прямо на меня.

— Госпожа техномаг, — произнёс он с издевательской вежливостью. — Какая приятная неожиданность. Совет благодарит вас за службу, без вас мы бы никогда не нашли это гнездо.

Кровь отхлынула от лица.

— Что?

— Вы думали, мы не следим за вами? — Он усмехнулся. — С первого дня, госпожа. С первого дня и вот вы привели нас прямо к цели.

— Нет. Нет, я не…

— Предательница! — голос Элары прорезал шум. Её держали двое магов, заломив руки за спину, но она вырывалась, извивалась, и глаза её горели ненавистью. — Я знала! Знала, что тебе нельзя верить! Ты привела их сюда!

— Нет! Я не знала! Я…

— Достаточно. — Маг в чёрном щёлкнул пальцами. — Уведите всех.

Он повернулся, собираясь уйти, когда новый звук прорезал хаос — звон стали.

— Стоять. — Голос был тихим, почти спокойным, но в нём звенела ярость, от чего все замерли.

Сорен. Он стоял в дверном проёме, среди боевых магов, меч в его руке был обнажён, и клинок поблёскивал в свете магического огня.

— Инквизитор. — Маг в чёрном обернулся. — Рад, что вы присоединились, мы как раз заканчиваем.

— Отпустите их.

Тишина, даже хаос, казалось, замер на мгновение.

— Простите?

— Я сказал, отпустите их. — Сорен шагнул вперёд. — Эти люди под моей защитой.

Маг в чёрном расхохотался.

— Под вашей защитой? Инквизитор, вы, кажется, забыли своё место. Это приказ Совета, вы не имеете права…

— Я имею право делать то, что считаю правильным.

Он поднял меч. Боевые маги вокруг напряглись. Руки засветились ярче, заклинания затрепетали на кончиках пальцев.

— Сорен, — сказала я. — Не надо.

Он не посмотрел на меня. Смотрел только на мага в чёрном.

— Последний раз, — произнёс он ровно. — Отпустите их.

— Вы понимаете, что это измена?

— Понимаю, что Совет нарушил свои обещания.

— Что ж. Как хотите.

Он щёлкнул пальцами, и мир взорвался светом. Я не увидела, что именно произошло. Только вспышка, ослепительная, белая. Глухой удар, звон металла о камень и голос мага в чёрном, спокойный, почти ленивый:

— Арестуйте его. Измена Короне. Пособничество запрещённым магам.

Сорен лежал на полу и не двигался.

— Нет! — я рванулась к нему, но чья-то рука схватила меня за шиворот и дёрнула назад.

Тара.

— Бежим, — прошипела она мне в ухо. — Сейчас!

— Но Сорен…

— Ему ты уже не поможешь! Бежим!

Она потащила меня куда-то в сторону, прочь от света, от криков, от хаоса. Тара пробивалась сквозь толпу, расталкивая людей, огрызаясь на тех, кто пытался её остановить, в её руке блестел нож.

— Стоять! — крикнул кто-то за спиной.

Вспышка, жар опалил затылок, заклинание пролетело в дюйме от моей головы.

— Сюда! — Тара нырнула в какой-то проём, щель между колоннами, которую я раньше не заметила.

Темнота, узкий коридор, запах сырости и гнили. Мы бежали, спотыкаясь о невидимые препятствия, врезаясь в стены. Позади слышался топот, крики, отблески магического огня.

Лестница вверх, ещё одна дверь, которую Тара вышибла её плечом, и мы вывалились в ночь. Переулок, заборы, какие-то сараи.

— Туда! — Тара толкнула меня в узкую щель между постройками.

Мы протиснулись, ободрав бока о шершавые доски. С другой стороны оказался крошечный двор, заваленный мусором.

— Сюда, быстро!

Тара схватила меня за пояс и, с силой, которой я от неё не ожидала, подбросила вверх. Я вцепилась в край крыши сарая, подтянулась, перекатилась на покатую поверхность. Секунду спустя рядом приземлилась Тара.

— Тихо, — одними губами произнесла она. — Не шевелись.

Мы лежали на крыше, прижавшись к холодной жести, едва дыша. Внизу, совсем рядом, загрохотали шаги.

— Где они⁈

— Там в переулке!

— Ищите! Они не могли далеко уйти!

Голоса удалялись, шаги становились тише, а мы продолжали неподвижно лежать. Минуту. Две. Пять. Десять. Потом Тара выдохнула, и я поняла, что всё это время она тоже не дышала.

— Ушли, — прошептала она.

Я не ответила, не могла. Перед глазами стояло лицо Сорена. Голос мага в чёрном: «Измена Короне». И глаза Элары, полные ненависти. «Предательница. Ты привела их сюда».

Я не предавала. Не знала. Не хотела. Но это ничего не меняло. Сорен арестован. Элара схвачена. Техномаги, те, кто не успел сбежать, в руках Совета и всё из-за меня.

Тара тронула меня за плечо.

— Мей. Мей, ты слышишь меня?

— Слышу.

— Нам нужно уходить.

Внизу было тихо, ночь снова стала просто ночью, тёмной, холодной, равнодушной. Мы спустились с крыши и растворились в тенях.

Глава 15

Глава 15

Башня вынырнула из предрассветной, сизой мглы, как старый друг, которого уже не чаешь встретить живым. Никогда ещё этот мрачный каменный мешок, пугавший всех жителей Вингарда, не казался мне таким родным и желанным.

Но не дойдя до знакомых ржавых ворот и трёх шагов, я замерла и вперилась в башню немигающим взглядом.

— Что? — беззвучно выдохнула Тара мне в ухо.

— Свет, — прошептала я. — Смотри.

Окна башни светились. Жёлтые прямоугольники света прорезали предутреннюю тьму, и от этого зрелища сердце ухнуло куда-то в желудок. Совет уже здесь? Ждут нас?

— Может, Лукас испугался темноты и зажёг всё, что нашёл? — предположила Тара, но в голосе её не было уверенности. Её рука привычным движением скользнула к поясу, нащупывая рукоять ножа.

Я толкнула калитку. Петли, которые Тара смазала неделю назад, сработали идеально — ни звука, ни скрипа. Мы скользнули по заросшей дорожке к крыльцу, стараясь не задевать сухие стебли бурьяна, поднялись по ступеням.

Дверь была не заперта, Тара оттеснила меня плечом, первой нырнула в приоткрытый проём, готовая ударить, я шагнула следом, затаив дыхание.

В холле действительно горели свечи, расставленные на полу, на старом комоде. Тени плясали по стенам, вытягиваясь и сплетаясь в причудливые узоры.