— Мне пришло личное письмо из Министерства магии по ее поводу, — сообщил он. — Осенью ждут в столице, министру нужна помощница.

Я прижала пальцы к губам. Опустила руку.

Как далеко и высоко полетит наша девочка. Серебряная наша птичка.

Могла ли я это представить, когда мы с Латимером шли через Зингорские леса?

— Я подготовлю документы по направлению, — ответила я, подошла к Латимеру, и он крепко обнял меня. — Ох, Ник. Она и правда так быстро выросла, и стала такая умница…

Мне захотелось плакать, но это были светлые слезы. Детям положено улетать из родительского гнезда, нет ничего печальнее птенца-переростка. И это было хорошо, это было славно и правильно — но в носу все-таки щипало.

— Я задам ей самые легкие вопросы, — пообещал Латимер. — В конце концов, иногда это можно позволить.

Я кивнула. Так мы и стояли в обнимку, и я слышала, как в груди мужа гулко стучит сердце, а за окнами шумела весна, утекая в светлое солнечное лето.

И как все-таки хорошо, что иногда можно стать настоящим человеком, побывав троллем!