– Ло-о-орочка, молчание тебе идет, давай так все и оставим!

Правда, примерно через час с ковра в ее прихожей собрался неуклюжий серый человечек и протащил под дверью записку с неровным мальчишеским почерком и серыми следами от пальцев:

«Прости, я бы достал для тебя Гримуар, если бы мог, но я держусь от своей семьи подальше. И прости, что не знаю ни одного лекаря, который мог бы тебе помочь. Выздоравливай».

Смайлика в конце не было, но Лора все равно обрадовалась и решила его простить. Все-таки друзей-магов у нее все еще было не так и много, вряд ли стоило продолжать бесполезно обижаться на одного из них.

Оскар, вероятно, мог бы помочь в поисках Гримуаров. Он выглядел как человек, который с легкостью получает абсолютно все, что пожелает. Но после того бесславного бегства из паба он больше не появлялся. На Ноа надеяться тоже не приходилось, Лора уже почти забыла и как он выглядит, и что он ей обещал. Ну, с парнями в ее жизни такое происходило не впервые, пора бы и привыкнуть. Аннет, хоть и обещала помочь и даже связалась со своим проблемным бывшим Райли, но больше особого рвения не проявляла, занятая делами в библиотеке и собственной работой с заклинаниями.

И вот Лора каждый день по тысяче раз возвращалась к мысли: еще немного, и настанет тот момент, когда Реджинальд поймет, что в его библиотеке живет человек, не обладающий магией, не приносящий никакой пользы и не принадлежащий ни к одной влиятельной и богатой семье. А как только он это поймет, то сразу же выгонит ее. Да и, учитывая, что всего за несколько дней произошло уже два инцидента, в которых она чуть не умерла, и один с риском попасться на соучастии в ограблении, может, ей и не стоит так цепляться за этот сумасшедший магический мир? Он определенно слишком опасен. Особенно для человека, которому нечем себя защитить.

Эти мысли тревожили и пугали, заставляя с ненавистью смотреть в зеркало и строить планы один безнадежнее другого. Еще, конечно, стоило бы вернуться в паб и попытаться побольше разузнать о картине со знакомыми таинственными символами на раме. Но, во-первых, без голоса ей там делать совершенно нечего, а во-вторых… Ей все еще было смертельно страшно возвращаться туда.

В остальном она проводила время за попытками разобраться в нечаянно украденной книге о Великих Древах, каждый день обещая себе завтра же ее вернуть. Со страниц на нее смотрели цепочки непостижимых латинских слов и совсем уж неразборчивых символов, а еще потрясающие, но все равно абсолютно непонятные иллюстрации, состоящие из тонких чернильных линий и выцветших красок. На одной из них, от которой Лора долго не могла отвести взгляд, переплетались три древа: два тонких вплетали свои голые ветви в величественный тис – уж это название она смогла разобрать! – прорастали сквозь него и тянулись к небу, образовывая узкую изящную арку. По бокам от нее когда-то явно цепочкой растягивались столбики букв или цифр, но в книге их словно кто-то вытер. Эта работа с книгой походила на научный проект в старшей школе или университете, и Лора взялась за нее с привычным энтузиазмом, уж в таком опыт у нее имелся! Какая удача, что она буквально жила в библиотеке!

Благодаря исследованию, а еще тому, что нормально разговаривать она начала только к концу недели, за все время Лора встречалась только с Аннет и Джейком. Да еще накануне путешествия в Краков – с Лилиан и Реджинальдом. Разговор с последним беспокоил до сих пор.

Лилиан обыкновенно вела себя как беспощадная эгоистка и просто отъявленная стерва. За несколько безмолвных дней в изучении латыни и староанглийского в самом тихом и далеком уголке читального зала Лора до скрипа зубов насмотрелась на ее выходки и упрямое нежелание усваивать правила библиотеки. Здесь, в угодьях Реджинальда Пембертона, было принято тихо учиться и работать, в отдельной пухлой тетради полагалось заранее бронировать кабинеты для экспериментов с заклинаниями, и, что особенно возмущало Лилиан, каждый сам искал все нужные книги и материалы. Реджинальд и Аннет могли только подсказать, в какой именно части запутанных коридоров между стеллажами стоит начать поиски, а затем расставляли все по своим местам в конце дня. Как они ориентировались в этом лабиринте – ни одному богу не было известно или подвластно.

Лилиан же считала всех, кто выглядел хоть немного хуже и слабее – а для нее это были практически все вокруг, – своей прислугой и в приказном тоне отправляла окружающих то за двухтомником «Границы холода», то за «Практическим руководством по ледяным щитам» Лиры Лаурель. Пару раз в голову Лоры даже закрадывалось подозрение, а не эта ли смертельно опасная фея пыталась ее убить? Ведь Лилиан, судя по названиям книг, которые требовала, управляла льдом.

Приказы она отдавала громко и надменно, и доносились они даже до самого дальнего уголка за раскидистым фикусом в кадке, где обычно и работала Лора. И, что было для нее особенно удивительно, люди, завороженные красотой и уверенностью Лилиан, как правило, неслись их исполнять. Вокруг нее каждый божий день собиралась стайка обожателей, которые исправно приносили ей книги, стаканчики с обезжиренным латте и мелочи вроде зарядки для блестящего планшета последней модели или новых линз из аптеки в центре города. И это все только за один благосклонный взгляд ее бездонных голубых глаз. Да, Лилиан действовала на окружающих как кобра: красивая, гипнотизирующая и смертельно ядовитая.

И, разумеется, с таким положением дел она не принимала отказов. Поэтому за неделю Лора выслушала от нее тирады о том, что ее свитер «с благотворительной распродажи для бедных», что она похожа на «местного мелкого гоблина» и даже два раза – что «ей не книги нужны, а пластический хирург-волшебник, хотя и он не справится». В ответ Лора молчала. Не только потому, что говорить было до слез больно, но еще и потому, что просто не привыкла отвечать задирам. Жертвой Лора себя не считала, оскорбления не задевали ни одной струнки в ее душе, но почему-то все равно не могла заставить себя открыть рот и ответить хоть что-то под таким напором. А Лилиан, как и любой хищной змеюке, только того и надо было.

В пятницу в дело вмешался сам мистер Пембертон:

– Мисс Андерсон, не в моих правилах читать нотации. – Лора даже поперхнулась от удивления, если читать нотации и было в чьих-то правилах, то этот человек точно Реджинальд! – Но все же, почему вы позволяете так разговаривать с собой особам вроде мисс Вайт? Вы теперь в мире магов, будьте добры держать голову высоко и соответствовать!

Лора смутилась. Эта внезапная речь Реджинальда больше походила на приглашение к личному разговору, чем на выговор, хоть все и было произнесено в его обычном ворчливом тоне.

– Знаете, мистер Пембертон, как следует себя вести, если встретишь в лесу медведя?

– Боюсь, я никогда не интересовался походами или любым другим времяпрепровождением на природе, а охоту вообще считаю занятием крайне недостойным современного джентльмена.

– Конечно-конечно, не сомневаюсь, что так оно и есть. – Лора глубоко вдохнула, чтобы не рассмеяться, все же к королевскому английскому Реджинальда ей пока было сложно привыкнуть. – Ну а в Мэне каждый ребенок знает, что если встречаешь в лесу гризли, то вести себя нужно спокойно и тихо и медленно отступать назад. А если тебе так не повезло, что гризли тебя заметил и решил тобой пообедать, то нужно упасть в землю лицом и прикинуться мертвым, тогда у тебя будет шанс выжить. – И, секунду помолчав, она добавила: – Это, конечно, если у тебя с собой нет дробовика, тогда баланс сил может и измениться.

– Что же… – протянул Реджинальд, стянув с полки какую-то книгу в коричневом переплете и рассеянно уставившись на полустертые надписи на ее корешке. – Я непременно приму к сведению ваши советы по общению с дикой фауной. И, мисс Андерсон, уверен, когда-нибудь вы сможете найти подходящее оружие для борьбы с… гризли.

Он ободряюще улыбнулся, но улыбка была такой нечастой гостьей на его морщинистом лице, что казалась приклеенной.

– Вот, будьте добры, тщательно изучите этот труд. – Он протянул ту самую книгу, что вертел в руках. – Это автобиография несправедливо забытого великого ученого Тимотеуса фон Фольсгарда, большую часть своей научной карьеры он провел в Воеводской библиотеке Кракова. Смею предположить, что его жизнеописание окажется не только полезным для вашего общего образования – а ведь это он изобрел небезынтересное заклинание для ускорения роста плодовых деревьев, которое спасло от голода целый регион! – но и, возможно, поможет вам в поисках информации о своем происхождении.

– Благодарю, мистер Пембертон, я начну чтение не откладывая.

Читать чью-то напыщенную старинную автобиографию не хотелось совершенно, но узнать о магической жизни Кракова прошлых лет казалось действительно неплохой мыслью. К тому же книга совершенно не выглядела толстой, к вечеру она уже закончит.

– И, надеюсь, вы потрудились изучить родной язык. Все тома, разумеется, написаны на польском.

– Все тома? А есть еще?

Реджинальд только глянул на нее удивленно и указал на оставшиеся на полке несколько книг в точно таком же скучно-коричневом переплете. И правда, как ей могло прийти в голову, что напыщенная старинная автобиография сможет поместиться в несчастный единственный том. Их было восемь, не меньше! Лора обреченно то ли хмыкнула, то ли всхлипнула и, обхватив книгу покрепче, отправилась делать неприлично огромную чашку кофе.