***Читайте также***

Глава 7. Секреты архива

Глава 7. Секреты архива

Дни в школе для попаданок текли, словно густой сироп — медленно, но с горьким осадком на дне. Я научилась скрывать этот осадок от других за улыбкой и кивками, но внутри все сжималось.

Я слушала, как девушки-попаданки взахлеб делились историями о своих «истинных». Глаза у них горели, лица светились изнутри, будто кто-то зажег в них лампочки. А у меня от этих историй становилось все горше на душе:

«С первого взгляда почувствовала — это он!» — восторженно щебетала одна.

«А у нас после… ну, после близости… энергия заиграла такими красками! Я наконец смогла поднять камень с помощью структуры! А потом мы отпраздновали, ну сами понимаете как… Чтобы закрепить результат», — признавалась другая, заливаясь румянцем.

«И у нас…» — сказала еще одна девушка, ее поддержали и другие.

Они были счастливы. Нашли свою половинку, свое место в этом странном мире и теперь плыли по течению своей новой жизни.

У меня тоже был свой «истинный» — Варлей. Умный, спокойный, с всегда чуть отстраненной улыбкой. Наши свидания были идеальны: познавательные прогулки, интеллектуальные беседы, нежные, почти стерильные поцелуи, без огонька.

Никакого безумного притяжения. Никакой ослепляющей уверенности, что «все именно так и должно быть».

Вместо этого мои мысли, мои сны пожирал совсем другой человек. Тот, чьи прикосновения обжигали, чей взгляд сносил все внутренние баррикады — Александр.

Чье нежданное «Я люблю тебя» пылало между нами, как опасный, тлеющий уголек, готовый спалить весь мир.

Я была неправильной. Не такой, как все эти счастливицы. И от этого одиночества внутри, от собственной ущербности становилось до тошноты страшно. Я завидовала им — белой, жгучей, разрушающей меня завистью.

«Что я здесь забыла? — терзала я себя по ночам, глядя в переливающийся сотый потолок своей комнаты. — Это какая-то чудовищная ошибка системы? Жестокий сбой?»

Единственным убежищем, где эта ущербность отступала, оставался тренировочный зал. Там я была не «попаданкой с низким потенциалом», а тренером Елизаветой, которая знала, как поставить блок, куда бить, чтобы вывести из строя противника крупнее тебя. Мои девушки смотрели на меня с уважением, а не с жалостью. И там же был Алекс.

Наши стычки после тренировок стали ритуалом, сладкой и опасной игрой. Каждый его взгляд через зал, каждое мимолетное касание отзывалось внутри сокрушительной горячей волной. Он смотрел на меня так, будто наизусть знал каждый мой предательский вздох, каждую тайную мысль. Он дразнил, провоцировал, и я отвечала с той же яростью, за которой скрывалось неукротимое влечение.