Вот только оставлять Арину хотелось меньше всего. Глупо, наверное, надеяться, что она проспит как раз до моего возвращения? Но и брать с собой — не лучшая идея… Впрочем, защитный перстень все равно при ней, среагирует на опасность.

И бросив еще один взгляд на спящую девушку, открыл портал в другой мир, искренне надеясь, что это неугомонное чудо не успеет за время моего отсутствия никуда вляпаться.

ГЛАВА 6

АРИНА

— Хочешь его погладить? — голосом, преисполненным благоговения и неподдельного детского восторга.

Э? Я, вжавшаяся в стену, стоявшая на столе и прикидывавшая, как бы добраться до двери, в самом деле произвожу впечатление человека, который жаждет погладить эту мохнатую хренотню?!

— Мечтаю просто! — все же выдавила из себя с изрядной долей сарказма, но заметив, как тут же засияли глаза принца, поспешила исправиться: — Я пошутила. Мартин… м-м-м… А ты не мог бы отогнать его подальше от… Мамочки, оно ползет сюда!!!

Моя попытка донести до мальчика, что я боюсь всех вот этих червей, личинок и гусениц, с треском провалилась, когда, прости Господи, Мохнатик задумчиво качнулся в мою сторону.

Мартин удивленно покосился на меня и успокаивающе положил руку на… Ы-ы-ы… на эту гусеницу… Вот за что? Почему именно гусеница?!

— Ты его боишься, что ли? А Мохнатик так хотел с тобой познакомиться… — пробормотал принц растерянно, наглаживая своего питомца, отчего тот начал издавать какие-то фыркающие звуки.

Это вообще нормально?! Разве гусеницы не исключительно молчаливые существа? Или к вот таким вот переросткам это не относится?

Перевела взгляд на явно расстроенного мальчика и тяжело вздохнула. Где-то внутри противно заскреблась совесть. И это я еще Марка при первой встрече боялась? Да мой драконыш по сравнению с этим ужасом няш-милаш, и вообще…

— Ну, прости, но я в самом деле боюсь их жутко. Помню, в детстве с Пашкой как-то поссорились, он набрал дождевых червей и пулял в меня ими из рогатки… Бр-р-р… — я передернулась от воспоминаний.

Снова тяжело вздохнула и осторожно присела, стараясь не смотреть на Мохнатика, мерзко шевелящего усиками. Нет, если не думать, что это гусеница, смотрелось оно ничего так. Как большая темно-коричневая мохнатая подушка. За которую, кстати говоря, я в первый момент его и приняла, особо не рассмотрев.

— Понимаю, — грустно кивнул Мартин, низко опустив голову. — От него все шарахаются. Просто думал, что уж ты-то точно ничего не боишься…