Чувствовалось, что он совершенно не горит желанием лично транспортировать меня до дома:

– Знаете что, – прокашлявшись, начал он, – поезжайте-ка вы дальше, пока она не потеряла сознание. Ваше желание помочь нуждающимся – похвально, но в следующий раз думайте о последствиях. Сейчас ограничимся устным предупреждением. Можете ехать, счастливого пути.

Мне кажется, он был неимоверно рад от нас избавиться. Похлопал по боку машины, как бы давая приказ отчаливать, и торопливо пошел прочь.

Тимур не заставил просить себя дважды, завел машину и плавно тронулся с места. Убедившись, что нас уже не слышно, не поворачиваясь к Тиму, краем рта прошипела:

– Давай, давай, давай! Поехали отсюда, пока он не передумал!

И вот, мы уже летим по ночным дорогам, а я, вытерев лицо, влажное, припухшее от слез, испуганно кручу головой, глядя по сторонам, и в каждых кустах мерещатся полицейские. Еще на один такой спектакль мне точно сил не хватит, да и не факт, что попадется такой же наивный служащий, которого деморализуют мои рыдания и моя неземная красота.

Надо же, хоть какая-то польза от убогого, измученного, болезненного внешнего вида. Будь я без корсета, вряд ли нам бы удалось так легко отделаться, выйти сухими из воды.

Успокоилась я, только когда машина вывернула на длинную темную аллею, ведущую к моему дому, смогла облегченно выдохнуть, несмотря на дрожь внутри, огонь в легких.

– Здорово придумала, – хмыкнул Тимур, следя за дорогой, – если честно, до меня сначала не дошло, что ты хочешь сделать.

– Импровизация чистой воды, – чуть самодовольно ухмыльнулась в ответ.

– В тебе актриса пропала.

– Ага, больших и малых театров, – ответила и зевнула, почувствовав, как настигает откат после такого нервного напряжения, – извини, Тимур, но пока мы с тобой никуда больше из дома и носа не высунем, а то я чуть не поседела сегодня.

– Не ты одна. В следующий раз, давай просто наденем эти дурацкие браслеты, и дело с концом. Ничего со мной не станет, если я их немного поношу.

– Уверен?

– Более чем.

– То есть ты готов, ради возможности вот такой прогулки, надеть их?

– Знаешь, как ни странно, готов, – задумчиво ответил он, притормаживая возле крыльца, – это был отличный вечер. Лучший за последние несколько лет.

Немного помолчал, а потом тихо сказал:

– Спасибо, Вась.

Я так и сидела на месте, не отрываясь, глядя на него, понимая, что эти слова, произнесенные им от чистого сердца, много стоят: