Борлла удивленно уставилась на брата. Она проводила мало времени с Аззуеном и не знала, как быстро он соображает.

– Они перестали рожать щенков, – сказала Борлла. – Больше сотни лун у них не было волчат, и верховные, способные вынашивать щенков, стареют. Одни не прочь спариться с малыми волками, чтобы сохранить род. Другие думают, что верховным пора вымереть. А третьи считают, что в живых надо оставить только нескольких малых волков, чтобы размножаться, а остальных убить.

Я не удивилась, узнав, что верховные пытались создать новую породу. Тлитоо говорил, что они вымирают, а в конце осени Франдра и Яндру намеревались вывести меня из Долины, чтобы смешать мою кровь с кровью других волков. Но я удивилась, когда услышала, что, по мнению некоторых верховных, им пришло время вымереть.

– А что случилось с волком из стаи Озера? – спросила я. Как похоже на Борллу – сбежать и бросить товарища по несчастью.

– Его звали Ивван, – ответила та. – Нас держали вместе несколько дней, а потом верховные его забрали. Не знаю, что с ним сталось.

Она взглянула на меня с отвращением.

– Они все время говорят о тебе, Каала. О том, кто ты такая – спаситель или губитель волчьего рода? Они спорят, как ты распорядишься судьбой малых волков – жить им или нет? Каждые пол-луны они проводят какой-то обряд и просят наставления у Древних. Вот почему сторожить остались только двое верховных. Остальные ушли на обряд. Я слышала, как Кивдру говорил с одним из молодых. Только старшим верховным разрешено в нем участвовать. То, что они делают, слишком важно, чтобы рассказывать молодым. Кивдру сказал, они жуют сонную траву и вспоминают предначальные времена – эпоху верховного волка Индру. Они ищут ответов в прошлом…

Она тревожно посмотрела через плечо и заговорила быстрее:

– Верховные ждут какого-то странника, который способен заглянуть в прошлое. Они говорят, он поможет им узнать, как выжить и остаться вожаками волчьего рода. Пока верховные его не найдут, они будут искать совета в памяти предков.

– Куда они ходят? – спросила я.

Я буквально чувствовала пронзительный взгляд Тлитоо у себя на затылке. Странник – это, конечно, был он, и Лидда сказала, что дар Нейякилакина способен открыть правду, которую скрывают верховные. Я бы не отказалась проникнуть в воспоминания предков.

Я думала, Борлла не ответит, но она ворчливо сказала:

– Не знаю. Но когда они возвращаются, от них всегда пахнет сонной травой и землями Быстрой Реки… – Она понуро опустила уши и хвост. – От них пахнет домом.

– Ты слышала что-нибудь еще? – спросила я.