Открыто стоящий на скале дозорный остался позади. Лой даже помахала ему.

Последний поворот.

– Вот он, Орос, – негромко сказала Тэль. Бухта. Галечный пляж, вроде как в Судаке или Планерском. На остром молу, вынесенном далеко за черту прибоя, в открытое море, возвышается маяк. На черной вершине горит бездымное алое пламя, резко и отчетливо видимое даже днем. А между горами и морем – небольшой, аккуратный одноэтажный городок. И веселая краснота черепиц проглядывает сквозь сплетение вечнозеленых ветвей.

Здесь на виду не оставлено никого живого. Однако Виктор явственно ощущал сотни упершихся ему в грудь взглядов; словно чужие бесцеремонные руки, они шарили, цепляли нечистыми пальцами, колупали, бесцеремонно пытаясь проникнуть внутрь, разъять на части его мозг, встряхнуть на ветру память, выбивая из нее все «вредное», как считали они.

Ну, погодите.

– Виктор, мне страшно, – услышал он шепот прижавшейся к нему справа Лой. – Они убьют нас всех. Ритор… он обезумел. Кажется, на сей раз я попалась…

– Что, испугалась, Кошка? – немедленно огрызнулась Тэль. – Никто тебя с нами не тянул. Сама пошла.

– Здесь почти сотня магов. И около полутысячи бойцов. Считая и Воздушных, и Огненных. Ритор собрал всех, кого мог. Перебросил из своего клана. Молодец… – Лой покачала головой. – Не терял времени даром, не гонялся за нами. А прямо сюда. Молодец. Уважаю.

– Помолчи, пожалуйста, – не поворачивая головы, зашипел Виктор.

– Прости… – услыхал он ее шепот. Господи, услышь он такой шепот у себя в Изнанке, решил бы – женщина безумно влюблена.

Трое стояли на изломе горной дороги. На виду у всех затаившихся внизу бойцов. И Тэль, и Ивер одинаково прижимались к Виктору. А он застыл как дурак, смотрел вниз и категорически не знал, что делать.

Позиция здесь была, с точки зрения военного, хуже некуда – торчат на всеобщем обозрении. А с другой – Виктор как на ладони видел отсюда весь городок, до самых окраин. И, приди ему в голову «накрыть» его, – сумел бы сделать это, как говорится, «одним залпом».

Ни Лой, ни Тэль не осмеливались ничего советовать.

Что теперь? Ждем, пока они не начнут сами? Виктор чувствовал себя донельзя глупо. Но идти поперек сказанного Тэль не хотел.

Тонко-тонко завыл в высях ветер. Словно первое предупреждение. Словно боевой рог, вызывающий на поединок. Красиво…

– Виктор! – услыхал он отчаянный шепот Тэль. Она вся дрожала – неужто проняло и ее, неустрашимую? – Это петля. Они набрасывают удавку… Виктор, не смей спасать никого из нас! Если пройдешь Огонь… то, я верю, откроешь и Дверь. А если начнешь вытаскивать меня или Лой…