Взвыло так, что и Лой, и Тэль поспешно зажали уши, морщась от боли. Вниз грянул могучий воздушный кулак – так, словно разом лопнула добрая сотня баллонов со сжатым воздухом. Со скал сорвались первые камни. Описывая длинные дуги, они взлетали высоко вверх, рушась на городок точно авиабомбы. Первый десяток вспыхнул еще в полете – навстречу им рвались огненные стрелы защитников. Часть отвела в сторону срочно поднятая воздушная волна – но куда больше каменных глыб прорвалось через все преграды.

Донеслись сдавленные крики. Виктор видел, как его воздушный кулак одно за другим валил деревья, разметывал черепицу, как взвивалась столбами смерчей пыль, волоча домашний скарб, какие-то обломки – и человеческие тела.

Вспыхнул было пожар, но, конечно, повредить своим повелителям не смог. Языки пламени взметнулись и упали.

Однако и Ритор не зря, наверное, прозывался сильным волшебником. Он очень быстро понял, что надо делать. Виктор слишком увлекся атакой. И Ритор, послав к чертям оборону, сам отчаянно ринулся в наступление.

Его удар опрокинул Виктора навзничь. Перед глазами замелькали разноцветные круги. Откуда-то из дальних далей донесся жалобный вскрик Тэль; и тут вперед двинулся Огонь.

Боль ввинчивалась в мозг, однако Виктор сумел встать на колени. Волна сухого жара приближалась, огонь вел замысловатый танец, повсюду на скалах, на голом камне вспыхивали костры.

А сверху падала смерть. Виктор видел ее – мерцающее жемчужным светом копье из туго стянутого, сгущенного воздуха. Копье разнесло вдребезги каменную глыбу – ее Виктор швырнул вперед чисто инстинктивно, пытаясь хоть как-то защититься; он успел пригнуться в последний момент.

Лицо рвануло болью, по шее заструилась кровь.

И Тэль, и Лой пропали, скрывшись во вздыбившейся вокруг них огненной туче. Скалы горели, жарко пылали сосны на уступах, с воем рвались вниз все новые и новые стрелы, на плечи наваливалась чудовищная тяжесть; Виктор задыхался, каждый глоток воздуха приходилось чуть ли не силой вдавливать в легкие; он упал на одно колено, заходясь натужным кашлем.

Чьи-то руки подхватили его под мышки, с силой рванули вверх, заставляя встать. Он обернулся – Лой! Лицо перекошено, окровавлено, перемазано грязью; глаза совершенно безумные.

– Вставай! Вставай, ну пожалуйста, Виктор!

Новый удар. Лой швырнуло на камни, она коротко охнула, обхватила голову руками; между пальцев заструилась кровь.

– Ну так получайте! – заорал Виктор. Сладкое бешенство вырвалось наружу; Вода и Ветер сплелись воедино. Грохочущий поток вырвался на волю из расколовшихся скал, гранитные глыбы покидали веками облюбованные места; коричнево-серая лавина селя, увлекая за собой тысячи тысяч камней, низринулась вниз. В авангарде наступающей армады мчалась невидимая конница Воздуха, за ней – тяжелые фаланги Воды; тяжко стонала Земля, посылая в бой боевых слонов – неподъемные валуны.