— Уйдём, — почти выкрикнула Галя и дёрнула меня за руку, — чёрт с ними, этими идиотами! Давай уйдём.

— Ты хорошо знаешь моё мнение, — прошелестела Оля, — и поверь, напрасно противишься. Брось, это — не проигрыш, прими всё просто, как отступление. Скажи себе: вернусь потом и всем отомщу. Можешь даже сказать вслух. Рявкнуть, как следует.

Она то знала меня лучше всех остальных. Не очень-то и самому хотелось барахтаться в смрадной грязи, но уходить под давлением каких-то людей!

Я молча выбросил руку перед собой и браслет тут же слетел с запястья, повиснув в воздухе парой шагов дальше. Теперь немного страданий: вцепившись в края жёлтого обруча, я потянул их в сторону, ощущая яростную боль, сжигающую ладони. Стоило невероятных усилий сдержать громкий вопль, но я не собирался доставлять этим людям ещё и такое удовольствие. С них вполне достаточно моего унижения.

В открывшемся окошке шелестели тяжёлые колосья пшеницы и багровый шар светила изумлённо выглядывал из чёрной полоски далёкого леса. Где-то, у самого горизонта, угадывались призрачные громады гор, нежащихся в пышной перине пушистых облаков. Свежий воздух ворвался к нам, сметая вонь королевского дворца, а пара крошечных птах, испуганно выпорхнула из жёлтых колосьев и унеслась прочь. Как обычно: не то, что прежде. Всякий раз — другой вид.

Я отошёл в сторону и посмотрел на Лилию. Королева и не думала расслабляться. Почему-то именно на неё я не мог злиться. Просто ощущал нечто, подобное печали.

— Даже не обнимемся, на прощание? — насмешливо поинтересовался я, — не поцелуемся, как прежде?

— Просто уходи, — на её щеках сверкали слёзы, — уходите все и оставьте нас самим себе.

Первыми покинули этот мир Илья и Наташа, которую подвёл к порталу Витя, шепчущий в ухо девушки слова напутствия. Возникло желание прикончить хотя бы святошу, но смысл? Вызвать истерический припадок у королевы, перечёркивающий все наши мирные договорённости? Пусть живёт.

Галя на мгновение задержалась и поджав губы, посмотрела на Симона. Бывшие любовники, как мне показалось, обменялись неким посланием, после которого человек опустил голову, а девушка перемахнула на другую сторону пылающего кольца.

— Прощай, — сказала Оля, обращаясь исключительно к Вите.

— Удачи тебе, дитя моё, — отозвался тот, поднимая кардинальского орла, — постарайтесь не забывать, что вы тоже люди. Пусть это и сокрыто где-то, глубоко внутри.

Я остался наедине с четвёркой людей, протянувших ко мне четыре взгляда. Ох и разные они были: ненавидящий, слегка насмешливый, доброжелательно-спокойный и…Лилия отвернулась.