В голове зазвенело, мир вокруг вспыхнул небывалыми красками, и Лучано почувствовал, что вот прямо сейчас может всё. Вообще всё! Тело налилось новой силой взамен той, что подарило «умри после меня», уже изрядно потраченной и приутихшей. Оно рвалось в бой, жаждало потратить эту силу, выплеснуть в горячке драки, но остатками разума Лучано понимал, что и этого займа хватит ненадолго. А потом он просто упадёт и умрёт. Либо от истощения, либо от отравления, либо демоны его прикончат. Роскошный выбор…

Оказывается, он уже успел взять дагу. Позади Аластор отмахивался секирами, и Лучано сделал шаг вперёд, чтобы не мешать ему. Удар-уклон. Удар-уклон. Принять очередную оскаленную морду на рапиру, добить дагой. Стряхнуть мерзость под ноги. Поменять дагу и рапиру местами – не только бретёров учат фехтовать обеими руками одинаково, а так мышцы устают медленнее. Удар-уклон. Удар-уклон…

Он не знал, сколько времени прошло: отравленная зельем кровь туманила разум, и время то сжималось, летя бешеным скакуном, то растягивалось, так что каждое движение представлялось томительно долгим. Демоны пёрли и пёрли, Аластор сначала уронил одну секиру, потом и вторую перехватил уже двумя руками. Даже его железные мускулы не выдерживали такой нагрузки. Сам Лучано давно свалился бы, если б не двойная доза дури, но он по опыту знал, как коварно действие таких средств. Вот только что ты полон сил, но миг – и валяешься на полу, дохлый, как снятая шкура. А твари всё не заканчивались. Пушок рвал их молча, снова онемев, взлетала и падала секира Аластора, мелькала его собственная рапира…

Вот Альс упал на одно колено, но поднялся, прорычав какую-то непристойность. Лучано посоветовал бы ему беречь дыхание, но во рту так пересохло, что язык не ворочался. Смертельно хотелось пить, но даже до фляжки не добраться было… Он равнодушно подумал, как же хорошо, что Ласточка осталась в футляре, пристёгнутом на сбежавшей Донне. Может быть, кобыла доберётся до людей, и лютню найдут… А вот Перлюрена уже никак не отпустить…

– Лу, уходи! – Аластор обернулся к нему.

Он был весь покрыт кровью. Чёрной вязкой – демонов, и алой – своей собственной. Кожаная куртка – и когда только успел снова надеть? – местами превратилась в бахрому от когтей тварей, на штанах выше колена кровоточили глубокие порезы. Лучано стиснул зубы, изнывая от отчаяния. Им бы хоть небольшую передышку! Альса надо перевязать и срочно напоить средством от заразы. Да хоть бы просто раны прижечь!

– Уходи! – повторил Аластор, шатаясь. – Тебе… незачем…

– Незачем, – кивнул Лучано, чувствуя, что даже на это простое крошечное движение сил ушло подозрительно много.