— Даже не спросишь, могу ль я отсюда по своим-то делам добираться? — Катя улыбнулась с тенью прежнего задора.

— А то я тебя не знаю, — рассмеялась Нелли. — Аль вправду станешь мне голову морочить, что не найдется в большом порту такого кабачка, где б для тебя задней дверцы не отворилось?

— Найдется, — Катя сверкнула белыми зубами, хорошея на глазах. — Подружка моя любимая, давай прощаться.

Стоя у низкого оконца, Нелли наблюдала за немудреными сборами Кати.

— Уж сама простишься с отцом-то Модестом, — Катя подошла к ней. — А Ерёме скажешь… Нет, не говори ничего, он все и так поймет. Так и ему легче. Экие право, ребятишки смешные: куда в них только лезет?

Видно было, что на блюде перед Романом осталось только ломтя два пуддинга с вареньем, это от здоровой-то ковриги!

— Это коли сладко, — заметила Катя. — Попробуй им репы дать либо каши — с двух ложек сыты и добавки не просят. — Ты за ним приглядывай, касатка, за братом. Масть у него непростая.

— В каком сие смысле? — спросила Нелли без особого интереса. Вовсе ей не хотелось о том слушать.

— Кёровый король будет по всем приметам, как вырастет. Только гадать на него как на кёрового — пустое дело! Ничего не узнаешь, с толку собъешься. Потому как никакой он взаправду не кёровый. Пиковый он.

— Будет у меня время о нем подумать, Катька. Не тревожься за меня.

— Ну, спаси Господь. — Катя крепко обняла подругу. — Прощай навек, касатка, в детях повстречаемся!

ГЛАВА XLIII

ГЛАВА XLIII

Катя, закинув на спину небольшой узелок, исчезла в дверях. Через мгновенье юбка ее, покуда еще вовсе не цыганская, темной бретонской домотканины, колыхнулась над тротуаром. Вот уж свернула она в проулок за зеленной лавкою.

Борясь с мучительным стесненьем в груди, Нелли опустилась на неудобную табуретку перед трюмо, зеркало в коем было изрядно неровным. А все ж зеркало, да и расчесывать волоса куда как приятней новенькою серебряной щеткой, а не домодельным деревянным гребешком.

Нет, ничего, все верно они решили. Только легче б было, право слово, заране знать. Вот ведь Катька, терепела-таилась, покуда край не пришел. С другой стороны поглядеть, могла б она и раньше понять, что с Катериной неладно, что не так легко ей запретить себе сердечное чувство. Ну да, будь вокруг поменьше войны, больше б и у ней было времени примечать страданья подруг!

Вконец спутавшись в том, виновата ли перед Катей, Нелли обрадовалась появленью сытого и весьма довольного жизнью брата.

— Сюда шли без толку, — заявил Роман. — Покуда штормило, без толку было и подступаться к морякам. А хотел бы я залезть на салинг.