— Попытайся вспомнить, — спокойно сказал я. — Сейчас день. Нет никакой бури. Мы в парке, и над нашими головами ослепительное солнце. Помнишь, дорогая?

Она спрятала лицо у меня на плече.

— Это очень трудно сделать. Кажется, прошла целая вечность с тех пор, как мы видели солнечный свет. Этот дом ужасен… ох, здесь витает дух мертвецов!

Я легонько потряс ее.

— Розамунда! — Она сделала судорожный глоток.

— Прости, дорогой. Я страшно переживаю то, что с нами случилось.

Я покачал головой:

— Может, это судьба. Поверь, мы не первые. Попробуй закрыть глаза и вспоминать.

— Ты думаешь, они что-то подозревают?

— Вряд ли. Они просто увлечены игрой в убийц.

Я чувствовал, как она дрожит от охватившего ее отвращения к происходящему.

— Давай подождем, что же может случиться, — уговаривал я Розамунду. — Мы не можем изменить их… или себя.

Она тихо заплакала. Слезы медленно потекли из-под ее ресниц. Мы прижались друг к другу, словно боящиеся темноты дети. Я не мог даже найти никаких слов, чтобы успокоить ее. Иногда так случается.

Лампа мигнула и погасла. Стало темно. Спичек у меня не было. Но теперь это уже было неважно.

— Хорошо, если Лем не забудет принести бутылку, — проговорил я через некоторое время, — виски нам сейчас просто необходимо. Нам повезло, что мы успели немного выпить.

Буря постепенно затихала. Слабый лунный свет уже проникал сквозь окна и немного освещал комнату. Я вспомнил Дракулу и появляющиеся в лучах луны таинственные формы. Падая даже на прутья решеток, эти лучи делали их прозрачными.

Я мысленно разговаривал сам с собой. Семейство Карта не состоит из Вампиров. Это обычные убийцы, безумные, хладнокровные и безжалостные. А если бы они были Вампирами, то в их словах не было бы никаких намеков. Настоящие Вампиры так не поступают.

Я крепко сжал в своих объятиях Розамунду и закрыл глаза. Где-то часы пробили полночь.

И тогда…

Около двух часов ночи, как я и ожидал, кто-то повернул ключ в замке. Дверь открылась, и на пороге появился Джед Карта. Его била лихорадка, лампа прыгала в его руке. Он попытался заговорить, но не смог вымолвить ни слова.