Хотя Эрни Блок и терпел до этого момента ночной мрак, все подумали, что теперь уж он точно сорвется. Но Эрни только тяжело вздыхал и время от времени сжимал руку Фэй.
— Я начинаю припоминать самолеты, о которых говорил Доминик, — произнес он неожиданно для всех. — Их было не менее четырех, и все они летели низко, очень низко... А потом произошло еще что-то, чего я пока еще не вспомнил... Но я точно знаю, что я сел в нашу машину и помчался по федеральному шоссе к этому заколдованному месту, которое притягивает к себе и Сэнди. Вот и все, что мне удалось вспомнить. Но чем больше я вспоминаю, тем меньше пугает меня темнота.
Посадить вместе с пленниками охранника Фалькирк не решился: похоже, он думал, что те, при всем своем вооружении, не будут там в безопасности.
Жорже показалось, что он вообще хотел их всех расстрелять на месте, но полковник успокоился и велел им забираться в кузов, что, впрочем, само по себе еще не свидетельствовало о том, что он решил сохранить своим пленникам жизнь.
Фалькирка очень интересовало, куда подевались Джинджер, Доминик и Джек. Сперва все отмалчивались, но, когда полковник пригрозил, что свернет девочке шею, Эрни закричал, что полковник позорит армейский мундир, и вынужден был сказать ему, что Джинджер, Доминик и Джек отправились в направлении Рино, через Батл-Маунтин и Уиннемаку.
— Мы опасались, что дороги на Элко возьмут под наблюдение, — объяснил он, — и поэтому решили разделиться, чтобы уменьшить риск.
Это была, конечно же, ложь, и Жоржа сперва чуть было не сорвалась, ей хотелось закричать, чтобы Эрни не смел врать и не подвергал опасности жизнь ее дочери. Но она вовремя смекнула, что Фалькирк не мог знать, как все было на самом деле. Полковник отнесся к словам Эрни с подозрением и потребовал подробностей, так что тому пришлось на ходу придумывать еще и детали маршрута группы беглецов во главе с Джеком. Правда, Фалькирк и на этом не успокоился и послал четверых солдат проверить слова Блока.
Все это еще было свежо в памяти Жоржи, и она крепче прижимала к себе свободной рукой сидящую у нее на коленях Марси, вцепившись другой рукой в ременную петлю, чтобы не свалиться вместе с дочерью в темноте на пол грузовика, уносящего их в неизвестном направлении. Марси, полностью отключившись от реальности, инстинктивно жалась к матери, и это вселяло в Жоржу надежду, что девочка вскоре вырвется из царства мрачных и смутных воспоминаний.
Охваченная тревогой за свою малышку, Жоржа сперва слушала рассказ Паркера Фейна об их с покойным отцом Вайцежиком злоключениях вполуха, но постепенно заинтересовалась и наконец пришла в такое волнение, что уже не думала ни о чем другом. Паркер говорил о потрясающих вещах: о том, что произошло с Кэлвином Шарклом, о том, как Брендан передал свою волшебную энергию Эмми Халбург и Уинтону Толку. А когда он поделился своим предположением, что, возможно, теперь этой энергией обладает и