Они спустились вниз, используя специальное приспособление с движущимися ступенями, предназначенное для транспортировки духов с одного уровня преходящей материи на другой: толпа, движущаяся вниз по эскалатору.

С большим облегчением он вышел наружу, в затянутое тучами, но сверкающее от недавнего дождя утро. Здесь он мог вдохнуть прохладный воздух и ощутить ветер на своих щеках и ладонях, ожидая, пока водитель подгонит машину. Холод был реальным.

«Белая зона предназначена только для погрузочно-разгрузочных работ».

Серебристый вытянутый лимузин подъехал и остановился перед ним, его электрический двигатель работал жутковато-бесшумно. Молодой шофер-азиат выбрался из машины, обошел вокруг и открыл перед ним дверцу.

– Прошу вас, сэр, – сказал шофер, улыбаясь; улыбка была замкнута в губах и совершенно никаким образом не сообщалась с глазами.

Стивен несколько неохотно забрался на заднее сиденье. Он не просил об этом. Он чувствовал себя здесь запертым среди запахов кожи сигарного дыма и… гардений?

Он нажал кнопку, опуская окно, чтобы холодный воздух бил ему в щеки.

– Вам не холодно, сэр? – спросил шофер, когда они отворачивали от поребрика, маневрируя между такси и тележками.

– Нет. Сегодня утром мне нужен свежий воздух. – Стивен уставился в левое окно, мимо которого проплывали развалины. Там же когда-то был ресторан, так ведь, когда он был еще мальчишкой? Один из стандартных ресторанов на краю аэропорта. Разбитые вдребезги стены, отгороженные желтой ленточкой, были грязны; земля вокруг заросла сорняками, пробившимися сквозь ледяное поле битого оконного стекла. А на одной из еще стоящих стен виднелись глубокие борозды, похожие на отпечатки огромных когтей. – Что, здесь что-то сносят? – спросил Стивен, чтобы отвлечься.

– Да, сэр, они наконец начали здесь прибираться. Говорят, что в следующем месяце начнут отстраивать заново, – сказал шофер. – Так я слышал. Девять лет стояло в таком виде. Эти демоны – всякие психи – так разгромили аэропорт, что ушло немало времени, чтобы все восстановить. Он начал работать в полную силу всего какой-то год назад.

Мимо проехал трамвай, полный пассажиров – коробка на колесах, полная призраков, так ему показалось. Он содрогнулся, вспомнив море энергии, гору, которая стояла на собственной вершине, лицо.

Боже мой, где же я был?

Ему хотелось зарыдать. Ему казалось, что он вновь видит это ужасное, это испуганное лицо с пустыми глазами, глядящее на него. Эти рассыпанные шестеренки, похожие на пропеллеры и не похожие на пропеллеры, висящие в небесах. И это лицо – обтрепанная, потертая версия его собственной души.