– Он задал вопрос, я дал ответ, – сказал он.

– Ладно, ты ответил за себя, а не за меня.

Я шагнула прочь от Огги, к Ноэлю. Огги схватил меня за руку выше локтя.

Я напряглась, но вырываться не стала – соревнование в грубой силе было бы не в мою пользу. Я посмотрела на него, на его руку у меня на руке, снова на него.

– Так делать нельзя.

– И нельзя просто уходить от меня, чтобы подойти вот к такому низшему.

– Ты хочешь когда-нибудь еще испытать ardeur, Огги?

Он на миг задумался, но я знала, что это своего рода представление. Может, он и был озадачен, но очень старался изобразить озадаченное человеческое лицо.

– Ты знаешь, что да.

– Тогда убери руку, или больше ты до меня не дотронешься.

Мы еще посмотрели друг на друга, потом он меня отпустил.

– Мне говорили, что ты очень сильна, опасна и скора на руку убивать. Чего не просек ни один из моих шпионов – это что опаснее всего в тебе твоя сила воли. Господи, сколько решимости в этих глазах! – Он покачал головой. – Да, ты говоришь всерьез. Ты действительно отсекла бы меня из-за этого.

– Чертовски верно.

– Всего за то, что я схватил тебя за руку?

– Потому что ты ведешь себя так, будто мною владеешь. У меня хозяев нет.

Мика встал с двойного кресла и направился к нам. Это привлекло внимание Огги.

– Твой лев покалечил Тревиса и избил Ноэля. Я думаю, ты им должен это как-то компенсировать.

– Слышу леопарда, – ответил Огги. – Так прагматично, такая готовность договариваться.

Прозвучало это так, будто качества эти очень плохие.

– А ведь действительно каждый похож на своего подвластного зверя, – сказал Мика.