– А тебе нравилось, Джейсон, я знаю.

– Ты отлично трахаешься, – ответил он.

– И ты тоже, – сказала она и мурлыкнула. Не по-кошачьи, а низким, грудным голосом, как умеют некоторые женщины. У меня никогда не получалось.

Джейсон в ответ усмехнулся:

– Но иногда я предпочитаю не трахаться, а заниматься любовью. Разницу я тебе объяснить не могу.

Она нахмурилась, соблазнительный вид несколько увял.

– Заниматься любовью – это просто приличные слова, означающие трахаться.

Я обернулась к Жан-Клоду:

– Ты не мог объяснить ей, в чем разница?

Он изящно пожал плечами.

– Для некоторых уроков бывает уже поздно. Ей слишком много пришлось испытать к тому времени, как я ее нашел.

– Нет! – заявила Менг Дье. – Моя история не для нее. Мне ничья жалость не нужна, а ее – в особенности.

Жан-Клод снова так же по-галльски пожал плечами, что могло означать да и нет, все и ничего.

– Как хочешь, – сказал он.

– И Аниту ты тоже просто трахал, – сказала она, вновь оборачиваясь к Джейсону.

Он улыбнулся, на этот раз добрее.

– С Анитой невозможно просто трахаться.

– А что это значит? – не поняла Менг Дье.

– Мы с ней были друзьями, добрыми друзьями еще до того, как у нас был секс. Человека, настолько для тебя важного, невозможно просто трахнуть. Потому что если ты все испортишь, потеряешь не только возможность секса, потеряешь друга. Ее дружба мне важнее секса, так что мы именно занимались любовью, а не трахались.

– Не понимаю, – сказала Менг Дье.