– Всем раздеться! Догола!

И, вероятно, в ответ на чей-то тихий вопрос, припечатал:

– Догола, я сказал! Догола! Я ведь должен убедиться, что среди вас нет евреев.

Испуганные фигуры продолжали топтаться на месте, не опуская рук. Дитер выкрикнул какой-то протест, на что Ури взвел оба курка и пригрозил:

– Никаких споров! Даю вам полминуты, потом стреляю!

Напряженные нотки в его негромком голосе немедленно заставили Инге поверить, что он и впрямь через полминуты может выстрелить. Его пленники, очевидно, тоже поверили в это: через полминуты все они, как миленькие, предстали перед Ури совершенно голые. Картина получилась довольно безобразная: их несовершенные бледные тела выглядели голубыми в свете ночных фонарей, что придавало фантастический оттенок этому и без того запредельному зрелищу.

– А теперь марш в газовую камеру! – скомандовал Ури, указывая на дверь холодильника. – Я построил ее специально для вас. Хочу посмотреть, как чувствуют себя в газовой камере настоящие арийские герои.

«Какая еще камера? Что он мелет? Он совсем голову потерял!» – затравленно думала Инге, не в силах шелохнуться. Ей даже на миг показалось, что все происходящее во дворе – просто продолжение только что привидевшегося ей дурного сна. Но увы! – ей тут же пришлось признать, что это не дурной сон, а дурная реальность. Пленники за окном унылой процессией потянулись в холодильник, голубоватый свет фонарей сиреневыми бликами переливался на неровных полусферах их голых задниц. Инге застыла у окна в странном оцепенении, и только мысли ее метались с бесконтрольной скоростью, не находя ни выхода, ни объяснения происходящему перед ее глазами кошмару. Что-то произошло между Ури и этими насмерть перепуганными чужими людьми. Что они сделали Ури? Как умудрились довести его до такого безумия?

Большая головастая тень метнулась Ури под ноги – Ральф! Только Ральфа тут недоставало! Тень руки Ури легла на тень собачьей головы:

– Видите, все организовано по правилам, даже сторожевая собака есть. Как жаль, что вы уже не сумеете выразить мне свое арийское мнение о качестве проведенной мною акции, – начал было Ури почти доброжелательно, но, видно, заметив какое-то замешательство в нестройном движении обнаженных голубоватых тел, резко приподнял ружье и прикрикнул:

– А ну, живей! Живей! Все как один – немедленно в камеру!

Пленники испуганно ускорили шаг, и вся процессия стремительно исчезла в темном зеве холодильника. Ури крикнул им напоследок:

– Внимание! Приготовиться! Включаю «Циклон В»! Дышите глубже!

Он твердой рукой наложил засов на герметическую дверь холодильника, потом подошел к пульту управления на торцовой стене и включил какой-то рубильник, – Инге издали не могла рассмотреть, какой именно. Она еще секунду ошеломленно наблюдала, как Ури, прильнув к дверному глазку, любовался тем, что происходит внутри холодильника, пока не осознала с облегчением, что включить он мог только вентиляционную систему и лампочку на потолке, потому что с новенькой холодильной установки еще не были сняты пломбы.